— Сколько вам лет, Кэролайн? — спросил Майкл, притягивая ее голову к своей груди, чтобы завязать шарф сзади на шее.

— Двадцать один, — глухо проговорила Кэрри в лацкан пиджака. Она слышала размеренные удары его сердца.

— Так много?

Ирония в его уверенном голосе вызвала внезапную вспышку злобы и заставила ее расстаться с обманчивым уютом широкого мужского плеча. Она поборола настоятельное желание дать пощечину сидящему рядом человеку, но только потому, что ни капли не сомневалась: он ответит ей тем же.

— Слишком много для того, чтобы превращаться в сомнамбулу из-за безответной детской любви. Неужели вы и впрямь верили его обещаниям жениться на вас?

Кэрри в недоумении уставилась на Майкла.

— Безусловно, мама говорила вам, что молодые люди под влиянием своего либидо готовы пообещать что угодно, лишь бы добиться желаемого.

Густой румянец выступил на ее скулах.

— Вы, несомненно, утверждаете это, основываясь на собственном опыте?

— Нет, Кэролайн. Я достаточно взрослый для того, чтобы не давать обещания, которые не намерен выполнять.

— Наверное, именно поэтому вы слывете убежденным холостяком.

— Зато никто не может обвинить меня в том, что я высказываюсь недостаточно ясно.

— А как насчет любви? — настаивала Кэрри.

— Любовь? — Он включил зажигание, нажал на стартер, и машина заурчала, оживая. — Я давно привык не доверять этому слову. Гораздо приятнее быть зрителем на этом спортивном состязании, которое я ставлю наравне с хождением по канату и затяжными прыжками с парашютом.

— Сдается мне, вы член Клуба любителей опасных видов спорта.

Майкл пожал плечами.

— Я не говорил, что участвовал в состязаниях, Кэролайн. Я имел в виду только то, что знаю о связанном с ними риске. — Его губы вытянулись в ужасающем подобии улыбки, когда девушка сделала глубокий выдох. — Я вас шокировал? Да, вы еще очень молоды. И достаточно наивны, чтобы верить всякому вздору. Но со временем поймете, что я прав.

— И сколько же лет было вам, когда вы стали таким циничным? — спросила Кэрри.

— Не так много, — с чувством ответил Майкл, и на какой-то краткий миг она подумала, что ей удалось сбить с него эту невыносимую спесь. Но затем его губы снова сложились в тонкую, словно лезвие, улыбку. — В одном могу заверить вас: вы будете в полной безопасности под моей крышей. Я не подойду к вам и на расстояние пушечного выстрела.

— Вы… — Кэрри с трудом удалось удержаться от того, чтобы объяснить доходчиво, куда ему следовало пойти со своим пушечным выстрелом. — Вы поцеловали меня! — выпалила она и получила острое удовольствие, сумев возразить Майклу.

— И сделаю это снова, если потребуют обстоятельства. Но мы оба знаем, что это ничего не значит.

Небольшая вспышка злости помогает, подумала Кэрри. Во всяком случае, на какое-то время она почти забыла о Гарри.

— Вы целуетесь очень… искусно, — проговорила она, невольно провоцируя Майкла. — Уверена, я смогу многому научиться у вас.

— А вы целуетесь как девственница.

Кэрри с силой прикусила язык, лишь бы не выкрикнуть ему в лицо, что на то есть все основания.

Некоторое время они ехали в молчании. Затем Кэрри взглянула на человека, сидевшего рядом.

— У меня действительно все было написано на лице? Там, на лужайке? — наконец спросила она.

— Вполне отчетливо — словно поздравления с Рождеством на улицах города, подсвеченные огнями.