— Неужели ты снова готов? — усомнилась Жанна, не торопясь следовать его желаниям, но он все-таки посадил ее на себя.

— Я всегда готов. Разве не чувствуешь?

— Да. Что-то до боли знакомое…

— А ты будь послушной девочкой, и все будет хорошо…

Жанна не торопилась — до расставания было далеко — и стала двигаться, прислушиваясь к своим ощущениям и к Мишиным движениям и стонам.

— …Ох, точно, ты казачок засланный, — проговорил он чуть заплетающимся языком, когда Жанна, тоже обессиленная, почти упала на него. — Я бы сейчас и до ринга не дополз.

Жанна поцеловала его в закрытые глаза и осторожно встала.

— Значит, на сегодня все.

— Что значит «все»?! — встрепенулся чемпион. — Что это за разговоры такие — «все»!

— Со страстями все. Я не хочу, чтобы ты из-за меня проиграл.

— Ах, ты об этом… Ерунда. Нагоню я форму… Жанна пошла в душ, потом, одевшись, на кухню. Часы показывали без двадцати семь.

«Пасмурно… И Мишка уезжает… Хотя, может, так лучше. Не хватало еще какого-нибудь прощального эксцесса перед началом рабочей недели».

Жанна заваривала зеленый чай, когда, одетый в джинсы и незастегнутую рубашку, в кухню вошел Миша и с рассеянным видом сел у стола.

— А у вас там, на ваших тренировочных игрищах, девушки бывают?

— Бывают, но их стараются не пускать. Да и ребята понимают сами. Деньги крутятся там немалые, так что… А ты что, хочешь приехать, Мишеньку пожалеть?

Он поднял голову и озарился своей неотразимой, сейчас чуть подозрительной улыбкой.

— Да нет, пусть все идет своим чередом, — покачала Жанна головой.

— Я звонить буду. Можно?

— Да, только не на работу.

— Почему?

— Потому что Анжелка, по-моему, тебя так и не забыла, и голос твой узнает, если снимет трубку. А мне этого не надо. Я не переношу, когда кто-то посвящен в мои личные дела.

— Как скажешь.

— Тебе ведь еще собраться надо. Ты успеешь за завтра?

— Да что мне — наряды подбирать? — рассмеялся Миша. — Мама соберет. Ей не впервой. Она еще отца тридцать лет тому назад собирала.

— А он тоже?..

Жанна потыкала кулаками воздух.

— Ну, не совсем это, — иронично усмехнулся он. — Но в общем да. Семейный бизнес.

— А она не спрашивает, где ты пропадаешь ночами?

— Нет. Ее отец отучил давно. А потом, и так понятно, что я не ландыши в лесу собираю.

— Жаль, им сейчас самое время, — расслабленно улыбнулась Жанна.

Потом они плавно переместились обратно на тахту.

— А ты что делать будешь? — спросил Миша, ложась у Жанны за спиной и плотно обхватывая ее под грудью.

— Вот наряды и буду шить. Потом же у меня эта моя работа. История с географией.

— А, эти орки?

— Да нет, там много всего. Надолго хватит. Орки — это научный отстой.

Они вполглаза смотрели телевизор, Миша периодически требовал соблюдения его права последней ночи, и Жанна не отказывалась, позволяя ему делать то, что он хотел, тем более что Миша, если ему не перечить, был нежен, предупредителен и неутомим.

— Утром в душик вместе сходим? — уже засыпая поздно вечером, вяло уточнила Жанна.

— Можно и сейчас сгонять, — тоже не слишком энергично предложил Миша. — Не проблема.

— Да ладно хорохориться-то.