Как и можно было ожидать, разговоры велись в основном о войне и женщинах. Присутствие незнакомца, естественно, вызвало любопытство, хотя они, следуя собственному странному кодексу поведения, не слишком донимали Стива расспросами. Он сам, после нескольких стаканов, признал, что дезертировал из армии северян в шестьдесят втором.

— Подрался с одним — откуда мне было знать, что он офицер? Мундира на нем не было, зато он имел пистолет.

После этого ничего не оставалось делать, как смыться.

— Эй, слушай, почему бы тебе не присоединиться к нам с самого начала? Вот где настоящая драка, правда, мальчики?

— Н-ничего н-не слышал тогда, — пьяно пробормотал Стив. — В-вернулся в Сан-Франциско и п-попал на проклятый корабль…

— Насильно завербовали на флот? Такое случилось с моим дружком — больше не вернулся! Как ты оказался здесь?

Стив обвел взглядом бородатые лица, словно решая, стоит ли доверять собеседникам, и наконец пожал плечами:

— Видать, такая моя удача. Сбежал с корабля в Веракрус и скрывался, пока он не отплыл. А потом нашел себе хорошенькую Пепиту, которую донимал ревнивый муж. Он не очень-то любил гринго, вот меня и бросили гнить в тюрьму.

Никогда не бывали в мексиканской каталажке, парни? Поверьте, не думал, что такое на свете бывает! В некоторых камерах воды по колено, и тебя заставляют работать как собаку, а кормят одними помоями. Зато язык выучил, это уж точно!

— Ты слышал?

Стив подозрительно хмыкнул:

— Эй, ведь вы, парни, вроде как работаете на правительство, верно? Так вот, предупреждаю, еще раз в эту тюрьму меня можно будет доставить лишь ногами вперед, и я не так плохо владею Оружием, чтобы не прихватить с собой компанию на тот свет!

— Не кипятись, дружище, здесь предателей нет. Бьюсь об заклад, не ты один успел познакомиться с тюрьмой!

Говоривший, огромный невероятно сильный мужчина, ободряюще подмигнул Стиву и подтолкнул к нему бутылку:

— Давай-ка выпей лучше! Если плохо приходится, держись лучше поближе к нам!

— Спасибо, но начинаю думать, что приношу несчастье не только себе, но и приятелям. Собираюсь попытаться вернуться назад, в Калифорнию.

— Тогда смотри в оба, как бы не налететь на хуаристов.

Скоро армия этих ублюдков вот-вот будет здесь!

Все еще притворяясь полупьяным, Стив, обрадованный, что спиртное развязало языки собеседникам, внимательно слушал их разговоры. По всему было видно, что они не были высокого мнения об императорских войсках.

— По крайней мере лягушатники хоть драться умели и действовали как надо! При них хуаристы знали свое место.

— Единственное хорошее, что могу вспомнить в армии Мехиа, — это женщины, маленькие «солдатки», — вмешался гигант, задумчиво покачивая головой. — Помню, мы с дружком раздобыли себе такую, и не какую-нибудь грязную мексиканку! Ей-богу, не встречал красивее — наполовину француженка, наполовину американка, с волосами цвета начищенной меди. Том Бил увел ее у французского полковника — помните Била?

— Говорят, его прикончили в Сан-Луисе.

— Она убила. Перерезала глотку одним ударом.

Это я научил ее орудовать ножом, — хмыкнул Мэтт Купер, и Стив почувствовал, как весь напрягся, а в глазах замелькали кровавые, пятна — ослепляющая ярость не давала дышать.

Последним усилием воли он заставил себя слушать. Сделай он хоть движение — и Мэтту не жить.

Не подозревая о том, какое впечатление произвели его слова, Купер продолжал, сжимая бутылку в волосатой руке:

— По правде говоря.