Переливчатый женский смех заставил Элайю обратить внимание на сотрапезников.

— Ну, если вы настаиваете, сэр Томас, — сокрушенно говорила леди Марго, — однако я уверена, что люди сэра Джорджа отлично позаботятся о ваших скакунах.

— Даже если и так, — мягко возразил ей отец невесты, — я все равно привык каждый вечер лично проверять, как кормят и поят моих лошадей.

Сэр Томас поднялся и посмотрел на дочь.

— Прошу меня простить, я скоро вернусь, — сказал он, круто повернулся и сошел с помоста в зал. Там он жестом приказал двоим из своих воинов сопровождать его. Солдаты, ища сочувствия, жалобно взглянули на товарищей, потом послушно поднялись и последовали за стариком.

— Силы небесные, вот это человек! — проворковала леди Марго и посмотрела на сэра Джорджа, слегка перегнувшись через пустое кресло сэра Томаса. — Просто оторопь берет!

Джордж, обеспокоенный тем, что невеста не сказала и трех слов с начала трапезы, чуть заметно качнул головой и многозначительно взглянул на леди Марго. К счастью, та быстро поняла намек.

— И отличный собеседник! — добавила леди Марго совершенно искренне.

Элайя затолкала в рот еще один кусок хлеба, запила вином.

От внимания Джорджа не ускользнули напряженная поза Элайи, недовольная складка между ее бровей и тот факт, что она старательно отодвигалась всякий раз, как руки их соприкасались. Когда он встречался с ней глазами, вид у девушки был до того суровый и неприступный, что у Джорджа мелькнула неприятная мысль о том, что он собирается жениться на каменной статуе, а не на женщине, казавшейся ему такой страстной и желанной. Он думал, что всему причиной присутствие сэра Томаса, однако даже после ухода почтенного рыцаря настроение Элайи не улучшилось.

Марго наморщила прелестный лобик.

— Знаешь, Джордж, я должна самым решительным образом высказаться против твоего брака, — с самым серьезным видом заявила она.

— Что? — переспросил он и, заметив лукавый огонек в глазах кузины, умолк в ожидании шутки.

— Мне достоверно известно, что несколько юных леди были безутешны, услыхав о твоей женитьбе, — ответила Марго.

— Назови хоть одну из них! — взмолился Джордж.

— Например, дочь эрла Данстейбла.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — парировал он и обернулся к Элайе, которая в этот момент жадно осушила еще один кубок превосходного бургундского. — Марго нравится дразнить меня.

— А вы и рады, — угрюмо пробурчала девушка.

Да что же это творится с его нареченной? Марго всячески старается поддерживать остроумную и вежливую беседу, а Элайя так груба с ней, что это уже просто неприлично. Нельзя, чтобы кузина почувствовала себя лишней в Равенслофте.

— Или ты скажешь, что не помнишь Изабель де Барлоу? — весело поинтересовалась леди Марго, предпочитая не замечать грубость Элайи. — Уж она-то точно прольет немало слез оттого, что кое-кто забыл ее.

— Изабель де Барлоу? Это которая все время сопит?

Марго весело засмеялась.

— Она, бедняжка, слишком часто простужается. — Перегнувшись через кресло сэра Томаса, она обратилась к Элайе: — Видите ли, дорогая, я могла б без труда припомнить немало юных дев, которые наверняка горько плакали, узнав, что вы покорили сердце небезызвестного нам обеим храброго рыцаря. Помню, как-то раз на турнире две прекрасные дамы вцепились друг другу в волосы — и все из-за него.

Элайя пожала плечами и отвернулась, глядя на оруженосцев сэра Томаса, которые затянули громкую песнь.