Ред сделал над собой усилие, чтобы засмеяться:

— Ладно, мама, картина нам ясна!

Эбби готова была убить Джудит. Как всегда, она перестаралась: была с сыном деликатна, как паровой молот. А в результате — этот смех Реда. Разве они этого хотели — заставить его истерично смеяться?

А Ред в этот самый момент подумал о человеке, который не должен отказать ему в помощи… относился к нему, как к сыну, и всегда обещал быть рядом. Конечно, Билл был другом матери и в известном смысле зависел от нее, но он все же должен помочь ему, если Джудит не узнает про это. Как можно жить в доме Джудит и не удержаться от соблазна укусить ее за руку?

— Я бы с удовольствием выручил тебя, Ред, но у меня просто нет таких денег, которые тебе нужны. — Билл сказал это извиняющимся тоном, отмечая с горечью, что Ред ему не верит. Он тут же поспешил объяснить, что после развода Фрэнки предложила не делить все их состояние на две части, а перевести большую часть в трастовый фонд для Д’Арси и ее семьи.

— Я не хочу вдаваться в подробности, но мне пришлось уступить ей, — сказал Билл. — Таким образом, до конца жизни мы достаточно полно обеспечили себя доходом, но это все, что я сейчас имею. Разумеется, дом в Палм-Бич оставлен ей.

Билл не хотел говорить Реду о том, что Фрэнки настояла, чтобы они отказались от той части состояния, которая основана на деньгах Джудит, полученных им много лет назад, чтобы вырваться из Бостона.

Вместо денег Билл предложил сыну один полезный совет:

— Границы независимости человека определяются не тем, где человек работает или с кем он живет. Важно прежде всего его внутреннее состояние. Это находится здесь, — он указал на голову, — и здесь, — на сердце. Ред вежливо пожал руку Билла. «Тебе хорошо пороть эту несусветную чушь, — подумал он. — Политическая карьера уже позади, и вполне достаточно денег, чтобы быть независимым. За тобой ухаживает Джудит, которую ты, несомненно, периодически трахаешь. Но будь осторожен! Цена всего этого может быть слишком велика!»

В конце концов, они все переехали в Стэнтонвуд, с его конюшнями, бассейнами, теннисными кортами, собственным озером и даже детским зоопарком. Как он посмел бы лишить детей и жену всей этой роскоши, говорила ему Эбби. Да, сейчас ему пришлось уступить, но, с другой стороны, Ред также чувствовал, что этим свел с ней все счеты, ничего не оставив на потом. Действительно, поскольку именно Эбби лучше всего разбиралась в финансах, значит, именно она все это и устроила, тем самым определив свое место на всю оставшуюся совместную жизнь. Теперь он ничего ей не должен!

II

Вскоре Джудит запланировала свой первый прием в Стэнтонвуде. Он устраивался по весьма особому случаю и обещал быть необыкновенно грандиозным. Что может быть более грандиозным, чем свадьба? Этого не мог отрицать никто, даже Билл.

Билл Шеридан в это время ломал голову над тем, был ли у него выбор: Джудит уже неоднократно напоминала ему, что они не могут дальше жить под одной крышей без формальной регистрации их отношений. Дескать, это могло вызвать различные толки и сплетни, окружить их новый дом легким привкусом скандала и самым серьезным образом повредить репутации человека, задумавшего стать президентом. И потом, как долго его «продолжающаяся недееспособность» может служить оправданием совместного проживания? Откажи он Джудит — ему пришлось бы подыскивать жилье в другом месте, а это означало оказаться в полном одиночестве, в стороне от жизни и карьеры Реда.