— Ты подарил Софии Сидней бриллиантовое колье, — заявил Росс без всяких предисловий.

Джентри театрально, с показным удивлением, кивнул:

— Значит, тебе уже и это известно. Что ж, похвальная расторопность.

— Зачем?

Главный судья посмотрел на соперника так, словно был готов растерзать его на мелкие куски. Джентри пожал плечами.

— Я положил на эту киску глаз, когда парился там у вас, на Боу-стрит, — попробовал солгать он. — Так что, когда она тебе надоест, можешь отдать ее мне — я с удовольствием попользуюсь ею.

— Советую тебе держаться от нее подальше, — негромко произнес Кэннон, однако Джентри уловил в его голосе угрозу. — Или дождешься, что я тебя прикончу.

Джентри встретил его слова холодной улыбкой:

— Значит, она еще тебе не надоела.

— Она мне никогда не надоест. Но когда ты в очередной раз пришлешь ей подарок, я засуну тебе его в…

— Ладно, — перебил его Джентри, чувствуя, как внутри его нарастает раздражение. — Я тебя понял. Больше не буду приставать к твоей крале. А теперь убирайся из моего дома.

Кэннон посмотрел на него полным ненависти взглядом — таким можно было бы испепелить любого на месте, но только не Джентри.

— Тебе недолго осталось гулять на свободе. Сколько веревочке ни виться, все равно придет конец. Рано или поздно ты угодишь за решетку, — негромко сказал Росс. — Какой-нибудь из твоих преступных планов непременно провалится. Какая-нибудь улика непременно тебя изобличит. И тогда я полюбуюсь на тебя, когда ты закачаешься на виселице.

Джентри улыбнулся. Вряд ли Кэннон стал бы грозить ему петлей, если бы знал, что София приходится ему родной сестрой.

— Ничуть не сомневаюсь. Однако не думаю, что моя смерть будет тебе в радость. Возможно, ты еще пожалеешь о ней.

В глазах главного судьи мелькнуло недоумение. Он даже прищурился, пристально рассматривая своего заклятого врага.

— Прежде чем уйти, — проговорил он, — мне хотелось бы, чтобы ты объяснил мне одну вещь. То платье, которое ты прислал мисс Сидней. Она утверждает, что оно ужасно похоже на платье, что когда-то принадлежало ее матери.

— Вот как? — спокойно отреагировал Джентри. — Какое, однако, удивительное совпадение!

— Ты прав. Действительно, просто удивительное совпадение, — помолчав, сказал главный судья и, к великому облегчению хозяина апартаментов, вышел вон.

Как только София вернулась на Боу-стрит, она поспешила воспользоваться отсутствием Росса и, не теряя попусту времени, направилась в архив. Лучшего момента, чтобы заняться поисками нужных брату сведений, было трудно себе представить — обеденный перерыв, когда Викери и другие клерки отправились в ближайшую таверну полакомиться бифштексом, пропустить по кружке эля. Служебные помещения были практически пусты, за исключением одного, в которое вернулся помощник судьи, чтобы подготовиться к вечернему заседанию.

Тонкие пальцы Софии пробежали по полкам, перебирая пыльные папки с архивными документами. Наконец ей удалось отыскать ту из них, в которой хранились протоколы допроса Джорджа Фентона. В кабинете горела одна-единственная лампа, в тусклом свете которой было почти невозможно что-либо прочесть.

В конце концов внимание Софии привлекла одна страница, и она склонилась ниже, чтобы лучше разобрать написанное. Там упоминались два имени — Джорджа Фентона и Ника Джентри. Догадавшись, что она наконец нашла то, что искала, София сложила страницу и попыталась спрятать ее в своем рукаве.