Изменить размер шрифта - +
Холод пробирал до костей. Она снова натянула куртку прямо на халат и только тогда залезла в спальный мешок.

Совсем рядом, за хрупкой нейлоновой стенкой завывал ветер. От свиста и воя заснуть было невозможно. Матерчатый пол вздувался, напоминая поверхность моря в шторм.

Вскоре повалил снег, ледяные снежинки царапали палаточную ткань. Создавалось впечатление, что в нее вонзаются тысячи гвоздиков. Тейви боялась, что каждую минуту над ее головой мог лопнуть нейлон. Палатки ее спутников далеко отстояли друг от друга, и она чувствовала себя отрезанной от всего мира.

Ну почему она отвергла предложение Скотта разделить с ней палатку? Будь он или кто-нибудь еще сейчас рядом, можно было бы скоротать эту дьявольскую ночь в разговорах, убедить друг друга: мол, буря скоро кончится, они выдержат натиск стихии, а к утру все вокруг успокоится. Ах, если бы кто-нибудь составил ей компанию!

Боже, подумала она, Скотт тоже один. Хуже того, у него нет просторной палатки, которая может защитить его. В его распоряжении только спальный мешок. И это ее вина. А что, если утром обнаружат его замерзший, посиневший труп? Сможет ли она пережить это?

Расстегнув полог, девушка высунула голову наружу и позвала Скотта. Крикнула раз, другой, третий. Ветер подхватывал ее слова и уносил их куда-то вдаль. Скотт не отзывался. Она нырнула в темноту палатки, нашла сандалии, застегнула штормовку до самого носа и вышла в метель.

Порывы ветра вместе с колючим снегом ударили ей в лицо. Она снова окликнула Скотта, но ответа не последовало.

Полная луна то и дело скрывалась за несущимися по небу облаками. При блеклом мертвенном свете различить что-нибудь было невозможно. В слепящей мгле Тейви не видела ни палаток, ни оранжевого спального мешка Скотта.

Внезапно она споткнулась о что-то большое и мягкое. Может, и не очень мягкое, но определенно не похожее на камень, да к тому же еще изрыгающее проклятья.

— Скотт?! — Тейви нагнулась и ощупала лежащий предмет. — Пожалуйста, отправляйся в палатку. Я не могу заснуть. — Она не замечала, как стучали ее зубы. — Подумай о себе.

— Черт!..

— Перестань ругаться, поднимайся и иди в палатку.

— Я и так в палатке. — Чертыхнувшись еще раз, он расстегнул верх спального мешка. — Мне здесь сухо и тепло. А сейчас, когда я раскрыл мешок… О, женщина! С какой стати ты появилась здесь в халате и сандалиях?

Тейви не замечала ни снежных зарядов, ни грохотания грома, она слышала только голос Скотта, продолжавшего посылать проклятия. Вспышки молний и раскаты грома сопровождали его слова.

Наконец он нехотя выбрался из спального мешка. Сунув его девушке, он тут же растворился в ночи. Прикрыв глаза ладонью, Тейви всмотрелась в темноту. То, что она увидела, напугало ее. Сильный порыв ветра сорвал край ее палатки, а Скотт в легкой одежде и одних носках старался его ухватить.

Те несколько минут, что она стояла, дрожа от пронизывающего до костей холодного ветра, ей показались вечностью.

— Быстро в палатку, Бриджес! — скомандовал Скотт, вырывая из ее рук мешок.

Не говоря ни слова, Тейви покорно забралась в поставленную на место палатку и в темноте принялась складывать вещи, разбросанные ветром. Скотт расстелил спальный мешок в углу.

— Хорошо, что ты убрал все жестянки с горючим…

— Ни слова! — Голос Скотта вибрировал от возмущения. — Никаких разговоров!

Она слышала, как он снимал мокрый свитер и что-то еще, а потом забрался в мешок. Его частое и прерывистое дыхание стало спокойней, но Тейви чувствовала, что он продолжает злиться.

— У тебя в рюкзаке есть теплая одежда, — сказал он наконец. — Сними все мокрое и переоденься. Залезай в мешок и спи.

— Будь любезен, отвернись, когда я буду переодеваться.

Быстрый переход