— Ужин оказался удачным?

— Джейк! — Керри с облегчением опустилась на ковер и привалилась к стене. — Тебе неизвестно, что уже почти полночь?

— Известно. И ты только что приехала домой. Ужин что-то затянулся. Сколько же ты всего съела?

— Откуда ты знаешь, что я только что приехала? Ты что, за мной следишь?

— Нет, конечно, я просто увидел машину Карла.

— А ты в это время случайно выглянул в окно? — ядовито осведомилась она.

— Я услыхал звук машины и, будучи добросовестным соседом, решил проверить, кто припарковался.

— Хмм. А в Уэст-Бенде, оказывается, действует соседский дозор.

— Получила удовольствие?

— Да, получила, — отрезала она. Даже если это и не так, она ни за что не признается.

— Мне понравилось твое платье. Ты, по-моему, раньше их не носила.

Керри улыбнулась на этот комплимент. Она и не думала, что он заметит, ведь он был так занят разговором с Карлом.

— Ты, разумеется, видел меня и раньше в платьях. Я надеваю их в церковь.

— Последний раз это было несколько лет назад, и мне помнится, что оно выглядело очень строгим, а вовсе не воздушным и женственным.

Ну и память!

— Значит, в твоем гардеробе полно платьев с рюшечками? Ты меня удивляешь, Керри.

Она открыла было рот, чтобы сказать ему, что купила платье накануне, но вовремя спохватилась и промолчала. Джейк ее совсем не знает, и это ей на руку. Прошли годы, и она превратилась для него в незнакомку.

— Мне нравится женственный стиль, медленно произнесла Керри. Как хорошо, что она прочитала это место в дневнике Меган, и в результате весь вечер чувствовала себя восхитительно женственной.

— О, я доволен этим, душечка. Тебе оно идет.

Душечка? Керри чуть не задохнулась. Он так никогда ее не называл.

— Не передумала? Пойдешь со мной завтра? — спросил он.

Совет прабабушки гласил: «Дай ему понять, что ты занята и должна приложить массу усилий, чтобы уделить ему время». Но Керри очень хотелось провести день с Джейком. Ей необходимо прийти в себя от физического и морального истощения, а это значит, что надо доставить себе удовольствие. Хватит жертвовать собой.

— Я посмотрю, — увильнула она от прямого ответа.

— Что посмотришь?

— У меня есть кое-какие дела.

— Например?

— Джейк, я не свидетель в суде, не допрашивай меня. Он усмехнулся.

— Я отстану от тебя, если ты скажешь «да». Можно будет съездить к реке, а потом пообедать в загородном клубе. Там танцы на террасе, а воскресный буфет у них просто замечательный.

— Хмм, хорошо, ты меня уговорил. Если мне удастся изменить свои планы, то я пойду.

— Пора сказать «да».

— Но у меня дела...

— Не настолько важные, чтобы не провести день со мной.

— Ха-ха! — Она сморщила, нос и показала язык телефону. Самоуверен, как и прежде. Правда, ей это все равно нравилось.

— Иди спать, ты вторую ночь поздно ложишься. Я-то думал, ты устала от Нью-Йорка.

— Ты что, мой сторож? Я могу не ложиться столько, сколько захочу. А откуда тебе известно, что я поздно легла прошлой ночью?

— Я заметил у тебя свет, когда ложился спать. Должен сказать, твое сегодняшнее платье совершенно изменило мое представление о тебе.

— О!

— Я считал тебя деловой женщиной, всегда одетой в строгие костюмы или джинсы. И что спишь ты в трикотажной рубашке с длинными рукавами. Подозреваю, ты совсем не такая. Так что ты надеваешь на ночь? Что-нибудь шелковое и атласное? Кружево и рюшечки? Подушки, небось, затейливой формы, а простыни с оборочками?

Керри посмотрела на свою простую ночную рубашку.