Беттина отступила, чтобы получше разглядеть себя в зеркале, в котором за своим левым плечом увидела Матильду, доброжелательно улыбавшуюся ей. Простое кремовое шелковое платье было очень к лицу Беттине. Оно доходило до середины икр, закрывало шею, а средней длины рукава красиво приподнимались у плеч. Лиф тоже был идеально скроен. Беттина натянула белые лайковые перчатки, притронулась к жемчужным сережкам и бросила взгляд вниз, на чулки цвета слоновой кости и девственно-белые туфли, обтянутые перламутровым шелком. Все — просто прелесть. Беттина с радостной улыбкой перевела взгляд на Матильду.

— Вы такая красавица.

— Спасибо, Матти.

Беттина поцеловала пожилую служанку и медленно подошла к двери. Ей было интересно, ждет ли её Айво, стоит ли по-прежнему с другой стороны.

— Айво? — произнесла она почти шепотом, но он услышал.

— Да. Ты готова?

Беттина тихонько прыснула.

— Готова. Правда, я думала, что ты не станешь на меня смотреть до начала церемонии.

— Каким образом ты предлагаешь это устроить? Завязать мне глаза в машине?

Он подивился тому, насколько Беттина привержена традиции, учитывая обстоятельства, предшествовавшие их бракосочетанию. Опять она вела себя как прелестная маленькая девочка. Теперь ее ничто не тревожило; страшная, полная потрясений зима подходила к концу. Теперь она была его, перед ней открывалась новая жизнь — в качестве его обожаемой супруги.

— Поторопись, дорогая, не то мы опоздаем. Что если я просто закрою глаза?

— Прекрасно. Уже закрыл?

— Да, — улыбнулся Айво и закрыл глаза, радуясь тому, что исполняет любой ее каприз. Он услышал, как отворилась дверь, и почувствовал аромат ее духов. — Может, теперь я все-таки открою глаза?

Беттина подумала и согласно кивнула:

— Да.

Айво незамедлительно воспользовался ее разрешением и охнул, увидев ее. Почему, по какому праву, спрашивал он себя, зима его жизни стала столь блаженной?

— Бог мой, ты просто очарование.

— Тебе нравится?

— И ты еще спрашиваешь? Ты выглядишь изысканно.

— Я похожа на невесту?

Он спокойно кивнул и положил руки к ней на плечи.

— Ты хоть отдаешь себе отчет, что через час станешь миссис Айво Стюарт? — он улыбался, глядя на нее сверху вниз — настолько она казалась маленькой рядом с ним. — Ну и как, звучит?

— Как музыка.

Она поцеловала его и освободилась от объятий.

— Ох, чуть не забыл, — сказал он и взял со стула в холле что-то, завернутое в светло-зеленую тисненую бумагу. — Это тебе, — сказал он, нежно глядя на Беттину.

Она бережно приняла подношение, разорвала бумагу, и запах ландышей вдруг наполнил холл.

— Айво, где ты их раздобыл?

Это был чудесный букетик белых роз и крохотных нежных лесных цветов.

— Выписал из Парижа. Нравится?

Беттина счастливо кивнула и потянулась к нему, чтобы еще раз поцеловать. Но он отстранил ее и с довольной улыбкой протянул маленькую коробочку. Беттина открыла ее. На темно-синем бархате сверкало колечко с крупным, в девять карат, бриллиантом.

— Айво, у меня нет слов!

— И не надо ничего говорить, любовь моя, просто носи это кольцо, будь счастлива, спокойна и хранима всегда.

Церемония заняла всего лишь несколько минут. Были произнесены положенные слова, состоялся обмен кольцами. Отныне Беттина стала женой Айво. Она не хотела устраивать по этому поводу шумного веселья — как-никак, еще не вышел срок траура по отцу.