– Более или менее, – согласился Дженкинс.

– Хорошо, конечно, понимать, как работает телешоу, – возразила Майя, – но какой нам с того прок?

– Если мы отправимся в современность телешоу, то сможем отыскать способ его остановить! – воскликнул Даль.

Дженкинс улыбнулся, подняв палец.

Дюваль посмотрела на них растерянно.

– Энди, объясни мне, пожалуйста, – попросила она. – Сейчас все выглядит так, будто вы с Дженкинсом чокнулись одновременно.

– Все очень разумно! – воскликнул тот. – Мы знаем время, когда делается наше шоу. Его «современность». Знаем, как отправиться в это время. Значит, можем прибыть в него и остановить людей, делающих сериал.

– Если шоу прекратится, прекратимся и все мы! – возразил Хестер.

– Нет, – опроверг его догадку Даль. – Мы ведь продолжаем существовать, даже когда не нужны для Сюжета? И эта временная линия существовала до того, как в нее вторгся Сюжет.

Он замолчал и посмотрел на Дженкинса.

– Я ведь прав?

– Возможно, – ответил тот.

– Возможно? – завопил Хестер, вдруг чрезвычайно разволновавшийся.

– Проблема существования нашей временной линии с философской точки зрения весьма интересна и нетривиальна. Возможно, наша линия существовала и раньше, а Сюжет лишь использовал ее. Но Сюжет мог и создать ее в моментальном акте творения – заодно с ее историей. Потому нам, ее обитателям, прошлое кажется реальным, – изрек Дженкинс. – По сути, это следствие сильного антропного принципа…

– Дженкинс! – предупредил Даль.

– Хм, поговорим об этом в следующий раз, – заключил тот, уловив намек. – В общем, вывод такой: существовала наша линия до Сюжета или нет, сейчас она существует и устойчива, даже когда Сюжет не управляет ею.

– Ну ладно, – согласился Хестер.

– Возможно, – добавил Дженкинс.

– Мне очень хочется швырнуть в него чем-нибудь тяжелым, – пожаловался Хестер Далю.

– Лично я за то, что мы существуем и будем существовать и без шоу, – поспешил заверить тот. – Потому что в противном случае мы все равно обречены. Я прав?

Несогласных не отыскалось.

– Тогда я вернусь к своему предложению отправиться в прошлое, остановить шоу и вернуть «Интрепид» в состояние обычного корабля. Он больше не будет фокусом Сюжета, а мы не будем пешками с биографией.

– И мы не умрем, – заключила Дюваль.

– Все умрут, – поправил ее Дженкинс.

– Вот так новость! Спасибо! – фыркнула она. – Я имела в виду, мы не умрем ради выдоха аудитории.

– Наверное, нет, – согласился Дженкинс.

– Но если мы и в самом деле в телесериале, остановить его будет непросто, – сообщил Хэнсон, глянув на Даля. – Энди, любое успешное шоу стоит немалых денег – как и хорошая театральная постановка в наши дни. Речь идет не только о самом шоу, но и о смежных продуктах, включая сувениры, символику и прочее.

– Они продают пластмассовые статуэтки в виде твоего любовника, – поведал Хестер Майе.

– Да, а в виде тебя никто продавать не станет, – огрызнулась Дюваль. – Потому что в нашей Вселенной их никто не купит.

– То есть если мы отправимся назад во времени и отыщем людей, производящих сериал, то, возможно, и не сумеем остановить их, – гнул свое Хэнсон. – Наверняка там замешаны большие деньги.

– А у нас есть альтернатива? – возразил Даль.