— Я же говорил, что не надо надевать эту чёртову юбку! — прорычал Алекс, практически втолкнув меня в машину.

Я непонимающе уставилась на него. Чего это он так взбесился? Сам же говорил, что мне следует усыплять Славину бдительность, вот я и усыпляла… Сев на место водителя, Алекс принялся нервно барабанить по поверхности руля пальцами, не глядя в мою сторону. Он молчал, я тоже.

— И долго мы будем тут стоять? — наконец, не выдержала я, передернув плечами и укоризненно посмотрев на него.

— Что еще сказал тебе Ларин? — ядовитые интонации в голосе собеседника заставили меня поежиться.

— Ничего особенного! Пообещал шампанское, цветы и так далее. Сказал, что будет ждать, когда ты мной наиграешься, вот и все, — не громко перечислила я.

Однако на Александра эти слова подействовали, как красная тряпка на быка. Он повернулся ко мне со зловещим видом и тихо прошипел:

— Ну и как? Ты собираешься принять столь заманчивое предложение?

Я положила руку на лоб, недоверчиво покачав головой — либо он спятил, либо просто хочет меня уязвить.

— Одно "заманчивое предложение" от него я уже сдуру приняла, и оказалась вместо алтаря в крематории.

— Ты жалеешь, что все так обернулось и ваш брак не сложился? — его слова звучали уничтожающе.

— Знаешь, Алекс, — теперь я пощупала его лоб, дабы убедиться в том, что у собеседника нет жара. — По-моему, у тебя поехала крыша. Это он, а не я предлагал мне переспать, нахально кладя руки на мои ягодицы.

Лучше бы я об этом не говорила… Бледное от природы лицо мужчины стало совсем белым, губы превратились в жесткую линию, а в глазах сверкнула молния. Я вжалась в кресло, предчувствуя бурю. Какое-то время длилось молчание, потом его громкий голос взорвал тишину:

— Так, значит, он тебя лапал?!

— Нет, только один раз притронулся, — я начала оправдываться, стараясь успокоить гнев Северина, который напугал меня не на шутку.

— Не дай Бог, Лара, я увижу на тебе эту проклятую юбку снова, — прорычал Алекс, уставившись на мои ноги немигающим взглядом.

У меня возникло инстинктивное желание чем-нибудь укрыться, и я невольно одернула короткую, блестящую ткань, едва прикрывавшую бедра. Особого результата это, конечно, не дало, но зато успокоило мою совесть.

— Извини, — робко начала я, когда в машине воцарилось молчание. — Но, если честно, ты разбушевался не по делу. Ничего ведь не случилось, мы просто в очередной раз убедились, что Слава — свинья, и все.

— И все?! — глаза мужчины зло сощурились. — А то, что он хватает тебя за задницу, сказав мне, что пошел за блокнотом, это не считается?

Я закрыла глаза, тяжело вздохнув, похоже, мои слова до Алекса не дошли, разбиваясь об стену какого-то идиотского упрямства. И чего он бесится?.. Мы помолчали, погрузившись каждый в свои мысли.

— Может, объяснишь все же, отчего ты завелся? — тихо спросила я, после продолжительной паузы.

— Нервы шалят, — угрюмо отозвался Алекс, заводя мотор. — Нужно заехать в универсам за продуктами, а потом домой.

"Исчерпывающий ответ, ничего не скажешь! — я кисло усмехнулась, глядя на дорогу. — Сегодняшняя вспышка гнева записывается, как очередной пункт, в досье загадок, связанных с этим абсолютно не понятным мне человеком".

Продукты мы покупали молча, он выбирал все сам, совершенно не интересуясь моим мнением по данному поводу. Я со скучающим выражением лица устало ходила вслед за спутником между кишащих яркими упаковками прилавков.

— Хочешь мороженое? — наконец, подал голос мужчина, мельком взглянув на меня.