Этот корабль появился из будущего. Его вооружение на несколько десятилетий опережало все, что могла произвести любая страна на земле. Его адмирал заявлял, что они могли преобразовывать морскую воду в пар, и у них не могло быть проблем с топливом, но, тем не менее, явно нужен был источник тепла, пригодный для производства достаточного количества пара, чтобы привести в действие турбины, достаточно мощные, чтобы корабль мог развивать отмеченную скорость. И они явно не сжигали для этого нефть или уголь. Только некая новая энергетическая установка из будущего могла решить эту задачу. Русский адмирал даже намекал на то, что для него события этой войны были историей. И единственным объяснением появления этого корабля в Атлантике, на Средиземном море и теперь на Тихом океане было то, что он прибыл из другой эпохи, далекого будущего, в котором, возможно, теоретические дискуссии о возможности путешествий во времени стали практической реальностью.

Но зачем этот корабль прибыл сюда? С какой целью? Адмирал Тови выдвинул весомое мнение, что это действительно был военный корабль, отправленный в прошлое с невежливой дипломатической миссией. Было ли применение оружия неотъемлемой частью этой миссии?

Адмирал с корабля отрицал это, если ему можно было верить. Он заявлял, что не хотел принимать никакого участия в этой чертовой мировой войне и просто хотел найти остров, куда сможет сбежать и рассмотреть вопрос о том, как вернуть корабль и его экипаж домой, чтобы это не не значило. Тьюринг полагал, что имелась в виду, разумеется, Советская Россия, и, по его оценке, речь шла как минимум о пятидесяти годах в будущее, возможно больше.

С этими мыслями и вопросами адмирал Тови снова вернулся в Блэтчли-Парк в тот же день, чтобы продолжить обсуждение с блестящим математиком. В его голосе слышалось что-то странное, когда Тови позвонил ему, чтобы назначить встречу. Тьюринг выглядел опустошенным и чем-то обеспокоенным. Весь этот сценарий, действительно, был самым тревожным в этой войне, хотя мало кто действительно знал об этом. У него было такое ощущение, что Тови также был чем-то серьезно озабочен.

Так и есть, подумал Тьюринг. Он знает, так же, как и я несколько недель назад, когда я впервые поговорил с ним о своих выводах относительно «Джеронимо». Теперь он знал…

И боялся.

Они снова встретились в «Хижине-4», и на этот раз адмирал Тови начал верить в очень спорную теорию, выдвинутую ранее.

— Хорошо, профессор, давайте не будет шутить и предположим, что ваша теория верна. Если этот корабль прибыл из другого времени, он ведь мог вернуться снова? Да, он исчез и в прошлый раз, но прошел целый год прежде, чем он снова появился на Средиземном море. Мог ли вернуться в тот же год, месяц, или даже день, что и раньше?

— Вполне возможно, сэр, — сказал Тьюринг.

— И, если уж на то пошло, возможно ли, что он появится снова? Что он делает, Тьюринг? Вы не думали об этом? Появляется ли он намеренно, быть может, вступает в морские сражения с целью изменить будущее? Что случается, когда он исчезает?

— Это все очень озадачивает, сэр, и мы можем лишь строить предположения. Возможно, он возвращается домой для перевооружения. Это единственный напрашивающийся вывод. Может ли он после этого вернуться в наше время? Это уже было сделано, так что, безусловно, этого можно ожидать снова. Возможно ли, что это были другие корабли? Это также возможно и это пугает. Но в чем заключается его задача, понять действительно трудно. Возможно, это действительно попытки изменить историю. Последнее столкновения с японцами стало решающим, верно? К счастью для нас, нельзя сказать, что этот корабль находится на чьей-то стороне в нашей маленькой войне.