Павел Каменский принял этот вызов. Он пошел работать в спецслужбы, где без лишнего шума время от времени вел работу над загадкой странной истории «Рейдера Х». Он шел по следу многие годы, посещая библиотеки, просматривая книги и старые пыльные дела, в частности, нечеткие фотографии, сделанные гидросамолетом из Милн-Бэй, которому удалось сфотографировать еще один странный корабль в Коралловом море.

Каменский закрыл книгу, но взял не поставил на полку, а положил на стол рядом с остывшей чашкой чая, чтобы почитать позже. Он медленно подошел к столу, на котором его дочь Елена, мать Алексея, всегда оставляла ему утреннюю газету. Он поднял газету и увидел набранный жирным шрифтом заголовок и фотографию крупного корабля в гавани и ликующие толпы на берегу. Заголовок был прост:

«КИРОВ» ВЕРНУЛСЯ ДОМОЙ!»

ГЛАВА 9

Машина остановилась на широкой бетонной набережной несколько дней спустя после заката. Причалы освещались тусклым уличным освещением, но на спокойной поверхности залива отражались городские огни. Задняя дверь открылась, и из нее вышел человек в длинном темном плаще и черной фетровой шляпе. В руках у него был толстый портфель. За ним вышел еще один человек в длинном сером пальто, после чего автомобиль удалился. Двое на мгновение замерли, глядя на клиновидные надстройки тяжелого атомного ракетного крейсера «Киров», стоявшего на якоре у длинной набереженой. С правого борта к нему был подведен плавучий пирс, от которого на уровень палубы поднимались несколько серых металлических трапов.

Человека с портфелем звали Герасим Капустин, он был начальником инспекции военно-морского флота, только что прибившим из аэропорта после длительного перелета из Москвы. Вторым был капитан Иван Волков из управления разведки военно-морского флота. Оба простояли некоторое время, глядя на резкие обводы корабля. Волков периодически указывал на что-либо. Они отметили брезент, прикрывающий пробоину в кормовой части на месте того, что когда-то было вспомогательным боевым мостиком. Капустин провел взглядом в сторону вершины передней надстройки, отметив недостающую антенну радара.

Поджав плечами, Капустин взял портфель и направился к ближайшему трапу. Их встретил морпех-часовой, который отдал им честь, проверил документы и открыл ворота, пропуская их к кораблю. Их шаги по длинному металлическому пирсу звучали зловеще. Часовой подождал несколько мгновений, после чего снял трубку телефона и доложил на мостик.

— Вторые ворота, — сказал он приглушенно. — Они здесь.

— Хорошо. Благодарю за службу, — ответил голос капитана Карпова.

Через десять минут Карпов повернулся, приветствуя двоих, вошедших на мостик. Он подошел к ним, протягивая руку.

— Добро пожаловать на борт, директор… капитан.

Карпов никогда раньше не встречал никого из них. Директор снял шляпу, демонстрирую седеющие волосы, обрамляющие лысину. У него были острые голубые глаза и хорошо подстриженные усы и борода. Он производил впечатление опытного профессора, привыкшего к долгим часам работы за столом над графиками, таблицами, отчетами и прочим. Второй человек, более высокий, производил впечатление серого волка, холодный и отстраненный.

— Здесь все, похоже, в порядке, — сказал Капустин.

— Чего нельзя сказать о корабле в целом, — вставил Волков.

Карпов встретился взглядом с ним, ощутил в капитане стальную холодность. Это был высокий, сероглазый и темноволосый кадровый офицер с бледным лицом и жесткой осанкой.

— Это был непростой поход, товарищ капитан, — сказал Карпов.

— Да, мы слышали, — Волков продолжал изучать капитана, отмечая внешний вид Карпова, его хорошо подогнанную форму, четко сидящую на голове шапку и создаваемую им атмосферу власти.