От этих слов Вольков улыбнулся.

— Я знал, что что-то не так с этими повреждениями данных. Они пытались что-то скрыть, это явно было не случайно. Я полагаю, они намеренно уничтожили записи, чтобы не дать нам выяснить, что именно случилось.

— Тогда они довольно глупы. Как вы могли заметить, выявить это могла простая проверка боекомплекта. Если бы они хотели скрыть случившееся, им пришлось бы поработать немного больше.

— Я не думаю, что они могли бы подсунуть нам муляж боеголовки, — покачал головой Волков. — Возможно, Карпов не так умен и коварен, как гласит его репутация.

— Карпов? Что вы вцепились в Карпова? Только Вольский мог разрешить применение ядерного оружия. Вы думаете, что Карпов мог использовать специальную БЧ в ходе стрельб без его согласия? Не глупите.

Волков наклонил голову, размышляя.

— Тогда, вероятно, у нас наметился больший улов, чем Карпов. Вы же знаете, что Сучков очень недоволен Вольским.

— Да, он не был рад, что Вольский продолжил поход, в особенности, не выходя на связь с внешним миром и не доложив в Североморск о намерении сделать это. Мы полагали, что «Киров» был уничтожен в результате инцидента, и флот потратил много времени и ресурсов, расследуя инцидент на «Орле», в том числе, моего собственного времени. Мы даже рассматривали вариант, что «Киров» мог быть уничтожен в результате враждебных действий. Я понимаю, что мы не хотим травмировать наше эго, Волков, но даже «Киров» не неуязвим. Атакуйте корабль правильным оружием правильным образом, и он будет уничтожен. Но мы не нашли никаких признаков «Кирова» на дне Ледовитого океана. «Орел» мы там обнаружили, но «Киров» словно растворился в воздухе, пока вдруг не вышел на связь неделю назад.

— Вы правы. Вольский должен объясниться.

— Да, но теперь он готовиться принять командование Тихоокеанским флотом. Это не мелочи, капитан. Вы хорошо осведомлены о том, что происходит на политическом фронте в этом регионе. Китай не доволен результатами выборов на Тайване. Они достали посуду из шкафа и накрыли все столы от Гонконга до Шанхая. Сначала спор вокруг островов Сенкаку. Теперь еще и Тайвань. Вы видели спутниковые снимки гавани Шаньтоу? — Капустин говорил о китайской военно-морской базе.

— Китайцы перебросили туда малоразмерные десантные корабли типа 071 и два более крупных типа 081. Мы знаем это по линии разведывательного управления флота.

— Конечно, — продолжил Капустин. — И вы также осведомлены о том, что они перебрасывают все новые пусковые установки баллистических ракет к побережью. Это может быть больше, чем просто демонстрация силы, капитан. Что ваши люди думают об этом?

— Я согласен. На этот раз китайцы действуют всерьез. Они были очень терпеливы по тайваньскому вопросу, и намного более терпеливы с Японией. Им приходилось быть терпеливыми, потому что в первую очередь им нужно было создать флот, соответствующий японскому, прежде, чем начинать создавать присутствие. Теперь у них есть флот, и они больше не намерены не отвечать на вопросы, связанные с островами Сенкаку или Тайванем. И кстати, раз уж мы подписали союзный договор СиноПак, мы, в разведке флота, привыкли называть эти острова Дяоюйтай. Мы должны проявлять политическую корректность, даже если японцы пока поддерживают там свое присутствие.

— Что же, Волков, я предполагаю, что в самом скором времени это может измениться. Да, Китай отправит к островами пару эсминцев, и нам придется вступить в игру. Однако реальные дела делаются в гавани Шаньтоу. У меня мало сомнений в том, что ваши спутниковые снимки вскоре покажут, как на эти десантные корабли грузятся вертолеты и танки.