— А с ними, Сергеевич, никто не разбирался. Они тут сами приехали, да подорвались на чем-то? Мы тут с Серегой проезжали мимо. Мы на Енисей рыбачить ехали. Вот и попали с Лютым в эту перестрелку, — пожимая плечами, сказал летчик.

— Ты хоть сам, майор, веришь тому, что придумал, — спросил майор. — За банду, мужики, вам огромное спасибо! За ними грехов, как на Стеньке Разине.

Мент пожал обоим руки и обернулся на смех, который доносился из-за здания лаборатории. Было непонятно, что же такое случилось и почему все СОБРовцы смеются?

Лютый и Виктор подошли к краю бассейна и от увиденного залились смехом. Они так смеялись, как не смеялись никогда в своей жизни.

В бассейне по колено в битуме торчал Тощий. Он старался вытянуть одну ногу, как другая тут же уходила вглубь. После он тянул другую, и она также уходила в битум. «Крестный отец» местной мафии, словно муха на липкой ленте, переминался с ноги на ногу. Он старался освободиться, но у него так ничего не получалось.

— «Бандитский папа» конкретно влип, — сказал Лютый с такой интонацией, что эта реплика вызвала среди СОБРовцев новый приступ истерического смеха.

Тощий, видя, что стал посмешищем, ругался, как последний сапожник. Он старался вырваться из битумного плена, но все попытки были тщетны. Менты ржали, словно перед ними был не местный уголовный авторитет, а клоун из цирка Шапито.

— Сергеевич, там, в машине возьми еще одного. И еще один в моем гараже, он там явку с повинной накатал, словно Лев Толстой, в трех томах. А вот этот ублюдок прилипший, очень много знает. Ты бы, Сергеевич, время зря не терял. Они тут такие дела крутили, у них грешков, почище, чем у банды братьев Толстопятовых. Ты бы его допросил, пока спасатели приедут, а то вдруг он потом колоться не захочет, или они ему просто ноги вырвут по самые уши.

— Расколется, Сергей, как гнилой орешек, расколется, — сказал Валерка.

— Сергеевич, ты еще пьешь армянский коньяк? — лукаво, словно «предлагая взятку», спросил Лютый.

— Пью, пью, мужики, а сколько выпить-то надо? — заинтригованно спросил майор.

— А вообще-то сегодня ты наливать должен. Мы за тебя твою работу сделали. Тебе теперь звезду на погон и премию выпишут. Я. Сергеевич, хочу пригласить тебя сегодня к себе в гости, будем коньяк пить. На твоем месте я бы отпуск бы взял дня на три. Вот там за столом мы тебе все показания дадим. Договорились?

— Базара, мужики, нет. У вас, что коньяк по водопроводу бежит?

— А ты что, сомневаешься? — спросил Сергей и, пожав руку майору, побрел в сторону машины.

— А ты, Серега, знаешь, как называют машину, которая столкнулась со столбом или придорожным растением? — спросил Виктор Лютого.

— У меня никогда не было машины. Откуда мне знать.

— Облепиха…

— Облепиха? — переспросил Лютый, представив машину, которая врезалась в столб.

— Облепиха, — ответил Виктор.

— Ну, давай, майор, заводи свою «Облепиху», я так устал….

Через два дня после разборок на АБЗ в кабинет начальника оперативного отдела УФСБ Красноярского края вошел прокурор.

Брайцев, ничего не подозревая, привстал из-за стола и, улыбаясь, хотел было протянуть руку, приветствуя представителя братской прокуратуры. Но прокурор, сурово глядя в глаза подполковнику, демонстративно раскрыл свою папку. Следом за прокурором вошли еще несколько человек в гражданской одежде. Они заняли место возле двери, скрестив по-футбольному руки. Вот тут подполковник понял, что его авантюра провалилась.