С дрожью в коленях Сергей, не дыша, дождался, когда кусок материала прогорит. В оставшемся свете ему удалось рассмотреть в хвосте самолета объемные баулы своей спутницы по несчастью, которые лежали на полке для багажа.

— Эй, принцесса, что тут в твоих баулах? — спросил он, вытаскивая сумки на улицу.

— Меня Вика звать, — тихо ответила девчонка, но на вопрос так и не ответила, оставаясь в состоянии шока.

— Мать твою, Вика, что в твоих сумках? — переспросил Сергей, четко сформулировав свой вопрос.

— А я знаю? Мои старики меня в дорогу собирали. Может быть тряпки, а может жратва? Я не знаю, не знаю, не знаю. Ничего не знаю, — заверещала девушка, и ее ответ перерос в истерику.

Сергей, не дожидаясь разрешения, стал потрошить все подряд сумки в поисках теплых вещей. В те минуты любая тряпка, любой источник тепла мог сохранить им жизнь.

В одной из сумок он обнаружил какие-то пакеты. В них была завернута копченая оленина и хороший кусок жирной красной рыбы. В другом бауле лежал теплый пуховый плед и куча всякой носимой одежды на девчонку.

— Ты еще, Вика, не околела? — спросил Лютый, видя, как девчонка тычет кнопки мобильного телефона, стараясь дозвониться до родителей.

— Может быть, перекусим перед сном? Утро вечера мудренее, — сказал Сергей, зная, что плотно набитый желудок иногда спасает от морозов.

— У меня вообще-то нет аппетита, да и к тому же я на диете. Иди лучше сюда, — сказала Вика, надеясь, что он будет греть её прямо на улице.

— Нет, милая, давай лучше ты иди сюда, здесь нет ветра, а вдвоем нам будет теплей и уютней, — ответил ей Сергей, приглашая в останки самолета.

Девчонка на ощупь стала пробираться в хвост самолета, чтобы устроившись удобнее, уснуть в объятиях незнакомого мужчины до самого утра. Сейчас ей было все равно, страх и холод заставляли идти на компромисс со своей душой и телом. А чтобы не замерзнуть, она даже слегка перекусила, несмотря на соблюдаемую диету. Есть после пережитого абсолютно не хотелось. Но это была уже элементарная необходимость, которая просто могла спасти от жуткого холода. Не стоило выживать в катастрофе, чтобы той же ночью замерзнуть от банального переохлаждения тела.

Несколько раз за ночь Сергей просыпался от собственного крика. Ему снился кошмарный сон, в котором он постоянно падал в подбитой духами вертушке.

В утренних сумерках стали проявляться предметы, которые ранее были скрыты от глаз мраком таежной ночи. Несколько минут он собирался с духом, не желая выползать из-под теплого пледа и объятий молоденькой девушки. Вдруг решившись, он не торопясь вылез из обломков самолета на улицу.

От увиденной картины его видавшего виды мужика и боевого офицера, чуть не стошнило. Вокруг среди искореженного металла валялись рваные трупы и отдельные окровавленные фрагменты человеческих тел, размазанные по каменистому плато. Вещи и одежда на погибших были пропитаны кровью и вонючим авиационным бензином. Основной фюзеляж был весь разбит. Кабина с пилотами странно висела над небольшим ущельем между скалами. Она еле держалась рваным металлом за кусок торчащего гранитного выступа.

Сергей, придя в себя, старался в первую очередь сосредоточить свое внимание на оставшихся людях. Он не верил в то, что остался в живых только с этой малолетней девчонкой. Лютый стал кричать в надежде, что кто-то его услышит, но кругом было абсолютно тихо. Ни единого звука, ни шороха не было слышно, лишь только холодный северный ветер слегка шептал в верхушках уцелевших елей. Мысль о выживших не покидала его голову, она словно камертон отдавала в мозгу определенным ритмом, повторяясь и повторяясь вновь и вновь.

После часа поисков он окончательно убедился в том, что эта привилегия судьбы распространилась только на них двоих.