Вообще-то, за рекламой я не слежу. Как только рекламный блок прерывает какую-нибудь интересную передачу, я сразу щелкаю кнопками пульта, чтоб не видеть этого убожества. В самом деле, судя по рекламе, можно подумать, что у большинства наших граждан проблемы с перхотью, зубами и чистым бельем. А эта угроза: «Мы идем к вам»? Так и хочется побыстрее сбежать из дома после такого обещания. Однако о колготках что-то смутно помнилось.

— Так это вы снимались в этой рекламе? — притворно удивилась я.

— Угу, снимались, — усмехнулась Кристина. — Больше в постели с Погудиным кувыркались. Он же продюсер телеканала, как скажет — так и будет. Горы златые обещал, дескать, захочу, и вас в сериале каком-нибудь снимут. Благо, их сейчас как грибов после дождя…

— Вы что, вдвоем его ублажали? — обалдела я.

— А то! Погудин — большой любитель экзотики. У него в прислугах — две тайки и филиппинка, повар — японец. И собака… Лысая такая вся, страшная, как Баба-Яга, но жутко дорогая. Так вот, мурыжил он нас таким образом около года: то сериал не ахти, то режиссер — подлец… В рекламе мы уже и не снимались даже. Мы с Каринкой уж возмущаться стали, мол, денег-то нет… А тут Погудин неожиданно предложил участие в этом дурацком проекте.

— И выигрыш обещал, — с уверенностью предположила я.

От удивления Кристина даже остановилась, отчего я ткнулась носом в ее плечо.

— Да-а… — немного растерянно протянула она. — Ты откуда знаешь?

— Так, догадалась…

— Понятно. Ты тоже с Погудиным спала. Я вообще подозреваю, что все эти «амазонки» — его любовницы, от которых он решил избавить Погудин небось и шоу это придумал ради этого. Чтобы мы здесь друг другу глотки перегрызли. Ему-то все равно ничего не будет, одно удовольствие…

— Да нет, Погудина мы не знаем, но в шоу попали тоже незаконно, — вздохнула я. Тут в голову пришла мысль оглядеться: — А где девчонки?

Вопрос более чем глупый. Мы с Кристиной стояли вдвоем посреди джунглей. Со всех сторон доносились разные звуки, но среди них голосов наших «амазонок» слышно не было.

— А-а-а! — тоненько запищала Кристина. А потом завыла: — У-у-у!

— Цыц! — строго приказала я. — Без паники. Ленка-артиллеристка научила меня основам ориентировки на местности. Не пропадем.

Особенной уверенности в голосе добиться не удалось. Да и ориентировка на местности по-прежнему оставалась белым пятном в моих знаниях. Однако именно этим и следовало заняться.

— Значит, так: стой здесь. Я залезу на дерево оттуда буду обозревать окрестности. Авось чего-нибудь и увижу, — приняла я решение. — Ты останешься внизу. Если что — свисти.

— Я не умею… — растерялась Кристина.

— Ну, тогда топай ногами, квакай, хрюкай — главное, чтобы я тебя услышала.

Это все неправда, что люди произошли от обезьян. Глядя, с какой грацией я взбираюсь на толстенное дерево неизвестной породы, Дарвин с уверенностью пришел бы к выводу, что люди произошли от бегемотов или, по крайней мере, от коров.

В конце концов, на дерево я все-таки влезла, чем сильно напугала парочку райских птичек.