Однако, как поет один известный, очень уважаемый мною певец, «все имеет свой конец, свое начало». Пришел конец и моим страданиям.

Ленка, самочинно взявшая на себя роль командира, выстроила небольшой отряд штурмовиков возле костра. Выглядели мы не слишком воинственно, прямо скажем, не по-боевому. Две вялые, субтильные девицы, в руках которых оружие так же уместно, как плиссированная юбка на жирафе, под началом третьей, такой же субтильной, но очень энергичной. Ингумбо в нашей компании смотрелся как чернослив в борще. Зато автомат так органично вписывался в образ негра, будто он так и родился с оружием в руках. Кто-то из девчонок весьма кстати вспомнил о тех самых «уоки-токи», что обнаружились в ящике вместе с шампанским, и о видеокамере. Рации подверглись всестороннему изучению и тщательной проверке. Обе, к счастью, работали. Одну «трубу» оставили Насте, велев не разлучаться с ней ни на минуту, другую взяла Ленка. Видеокамеру тоже прихватили на всякий случай: вдруг придется документально фиксировать злодеяния террористов и наш героический подвиг.

Наконец все подготовительные мероприятия были окончены. Студентка окинула состав группы хмурым взглядом, издала не то стон, не то печальный вздох, немного смущенно кашлянула, а потом заговорила вполне командирским голосом:

— Значит, так. Порядок следования группы к объекту такой: впереди иду я, за мной — Дарья, следом — Ярослава, Ингумбо замыкающий. Идти строго друг за другом, во время движения никаких разговоров…

— У меня вопрос… — подняла руку Дашка.

— Ну?

— Темно. Как мы увидим друг друга в джунглях?

— У меня есть фонарик. Он достаточно мощный, так что не потеряемся. Правда… — Ленка слегка замялась. — При подходе к базе его придется выключить, чтобы не обнаружить нашего присутствия. Впрочем, это не имеет значения, потому что база освещается пятью мощными прожекторами.

Тут я удивилась: когда это Ленка успела их сосчитать? Во время нашего с ней «визита» на базу я никаких прожекторов не заметила. Впрочем, в тот момент я думала лишь о том, как быстрее убраться восвояси. Кстати, наличие прожекторов здорово осложняло нашу задачу: в их свете группа будет видна как на ладони. Высказать сию здравую мысль мне не удалось — Ленка сделала знак рукой, который я сочла призывом к молчанию, и продолжила:

— Нам нужно незаметно проникнуть на территорию базы, а точнее, в один из домиков. Там, по нашим со Славкой предположениям, могут находиться пленники, то есть Маруся и Елена. Вот их-то и нужно освободить.

Что-то не припомню, чтобы я выдвигала какие-либо предположения, но спорить не стала, а вместо этого робко напомнила:

— Лен, там колючая проволока под напряжением…

— Ага. Но вы не волнуйтесь, у Ингумбо имеются кое-какие соображения на этот счет.

— Лучше бы у него имелись соображения насчет рации. — проворчала себе под нос Дарья. — Тоже мне. Попов пережаренный, радиолюбитель хренов! Да и с чего бы ему в электронике разбираться? У них в Зимбабве небось до сих пор тамтамы вместо радио используют…

Студентка, конечно, слышала Дашкино ворчание, но сделала вид, что не разобрала ни слова.

— Еще вопросы будут? — строго спросила она.

Лично у меня вопросов не было, зато имелась уйма сомнений. Ну, во-первых, звери и птицы, большей частью дикие. Многие из них имеют дурацкую привычку охотиться именно ночью.