Он не был ей врагом, как и Леди Авельер, сидевшая рядом с соотечественником.

— Позволь спросить, зачем ты собрал нас, архимаг, — поинтересовался Лорд Пэрайс. — Если ты заинтересован в информации, которую мы принесли с собой, то я уверен, потребуется больше времени, чтобы распаковать мои вещи и каталоги моих записок.

Кэтти-бри уставилась на Громфа, в то время как Пэрайс продолжал говорить. Она отметила, что дроу смотрит, не мигая, и что угрюмое выражение не покидает его красивое, но, безусловно, угрожающее лицо. Была ли эта встреча попыткой Громфа взять контроль над мероприятием?

— Я позвал вас сюда, чтобы вы послушали меня, — сказал Громф, чье возмущение так явно подчеркивалось его мелодичным голосом. — Если бы мне хотелось знать, что принесли вы — я бы спросил.

— Ну, этот немного припадочный, сестрица, — заметила Ильнезара.

— Его ледяной белый дракон, вероятно, укусил его за зад, — добавила Тазмикелла.

Глаза Кэтти-бри распахнулись, и она затаила дыхание, ожидая катастрофы, которая, разумеется, должна последовать за столь явным напоминанием о битве в Серебряных Пустошах, где Тазмикелла и Ильнезара убили сына Араутатора, великой Белой Смерти, к тому же прогнав самого огромного белого дракона прочь. Некоторые слухи намекали, что Громф сыграл определенную роль в привлечении к этому делу Араутатора, а нынешнее выражение лица архимага свидетельствовало о том, что слухи были не слухами.

Оба дворфа, сидевших рядом с Кэтти-бри, захихикали, и Громфа перекосило еще сильнее. Как смеет кто-то говорить с Архимагом Мензоберранзана, с великим Громфом Бэнром в таком тоне!

Но это ведь драконы, напомнила себе Кэтти-бри. Каким бы сильным не был Громф, было ли у него настроение воевать с парой умных дракониц?

— Среди нас есть ученый, — сказал Громф, немного расслабляясь, как показалось Кэтти-бри — нарочно, дабы никто не подумал, что он оскорблен. Жестом он указал на Пэрайса, который смиренно кивнул, благодаря его за комплимент.

— Заклинатель, — продолжил он, и Леди Авельер опустила подбородок.

— Некоторые… маги, — казалось, Пенелопу Харпелл не слишком повеселила его оскорбительная пауза.

— И еще Избранная, — с уничижительным смешком обратился Громф к Кэтти-бри. — Хотя она все никак не решит, кто же она — жрица или маг.

— Многие из тех, кого ты найдешь, не сравнятся с ней, — прервал Атрогейт.

— Дворфская шушера, которая бегает за камнями, величайший из дроу, Нетерезский лорд и леди, парочка дракониц и, — опять эта его оскорбительная пауза, — люди.

— Мы собрали здесь познания разных рас, понимание магии трех разных эпох и стилей, — продолжал Архимаг. — Мы имеем доступ к Плетению, но с разных точек зрения, от магов различных школ. И это дает нам силу в поиске тайны Главной Башни Волшебства.

Архимаг замолчал и встал, начиная властно расхаживать по зале.

— Магия и божественные арканы, — пробормотал он и кивнул Кэтти-бри с Амброй, впрочем, с весьма фальшивой почтительностью. — Но есть еще кое-что.

— Некромантия, — сказал Лорд Пэрайс.