Безумное создание поняло, что пришла его смерть.

Он чувствовал, что с одним мечом в руке теряет баланс. Хотя, конечно, это был не просто меч. Это был Коготь Шарона. Человек сжимал оружие в одной руке, хотя рукоять клинка была достаточно широка для того, чтобы взять её двумя.

Но жрица была слишком быстра для двуручного стиля. Её булава и кнут работали, казалось, независимо друг от друга, как это было характерно для темных эльфов, владевших обеими руками.

Потому Энтрери поддерживал равновесие левой рукой, отведя левое плечо назад. Сейчас он был больше похож на фехтовальщика, чем на воина с мечом.

Он подмечал тактику своего противника.

Он отбил низкий удар булавы, а кнут щелкнул у его левого уха. Человек почти потянулся к нему открытой ладонью — если бы только он мог двинуться, когда жрица совершит выпад. Тогда он смог бы перехватить плеть рукой.

Женщина атаковала снова. Булава метнулась из стороны в сторону, а затем — обратно, вслед за чем снова последовал щелчок кнута.

Энтрери низко пригнулся, проскальзывая под ударом и едва не захватив дьявольское оружие.

Еще нет, сказал он себе, несмотря на то, что знал — им отпущено не так много времени. Им нужно выбраться из комнаты и убираться из Дома Меларн. Но он не мог осуществить задуманное, пока плеть не окажется рядом, иначе жрица осознает опасность и сможет помешать его плану.

Он должен дразнить её, должен заставить её обрести уверенность — несложный план, учитывая его небольшой рост, как для простого человека, так и для мужчины.

Женщина двигалась смелее. Булава металась из стороны в сторону, хлыст свистел, и Энтрери ожидал, что вот-вот получит свой шанс.

Но волна головокружения накрыла его. Нога онемела.

Жрица засмеялась и решительнее двинулась вперед.

Кнут — адская плеть выпустила яд!

Вынужденный оттеснить злобную жрицу назад, он взял Коготь Шарона обеими руками. Красное лезвие мелькнуло перед ним, зацепив и рванув кнут прежде, чем тот успел ударить. Энтрери хотел использовать этот момент, чтобы выдернуть оружие из рук жрицы, но удар булавы тяжело обрушился на него сбоку, и он вынужден был выставить Коготь Шарона, чтобы парировать его.

Булава трещала от необычайной силы, вспышки энергии сверкали над её головой, и даже успев блокировать, Энтрери все же отлетел в сторону. Он споткнулся и сделал кувырок через голову. Это движение отнесло его дальше от жрицы, приводя мужчину к мертвой женщине, в чьем глазу застрял его кинжал.

Сейчас это оружие было очень нужно ему, чтобы вернуться к своему привычному боевому стилю, но, стоило мужчине притронуться к рукояти кинжала, он получил сюрприз. Жрица тихо застонала. Она не умерла.

Энтрери схватился за рукоять, украшенную драгоценными камнями, но не стал вынимать кинжал. Он воззвал к нему, давая оружию выпить оставшуюся энергию женщины, словно вампир, переливая её хозяину.

Силы медленно возвращались к мужчине. Эта инъекция жизненной силы боролась с ядом.

Вторая жрица уже была рядом с ним, быстро атакуя булавой, но Энтрери задержался чуть дольше. Коготь Шарона яростно метался из стороны в сторону, блокируя булаву и держа кнут подальше от человека.

Он знал, что осталось еще чуть-чуть.

Онемение покинуло ногу Энтрери. Даже порез исцелился.

Убийца вырвал кинжал, и труп жрицы по инерции рывказавалился на бок. Мужчина встал на ноги.

В этот момент Энтрери увидел Дзирта, охваченного огнем, и решил, что один из союзников потерян.

Он понял, что у них нет времени.

Энтрери взмахнул Когтем Шарона, используя немного его магии. Клинок создал завесу волшебной золы, которая создала непроницаемую стену между ним и противницей.

Он подкинул кинжал в воздух и метнулся вправо, сквозь угольную завесу.