Там толпилась группа иллитидов. Никто из них не обращал внимание на вновь прибывших. В центре комнаты возвышался большой пьедестал, на котором был установлен хрустальный шар, размером с голову гиганта. Иллитиды двинулись к нему и положили на него свои руки, покачивая щупальцами, а затем отошли в сторону. Их странные отростки касались других сородичей, словно существа делились мыслями об увиденном.

Спустя несколько ударов сердца Киммуриэль кивнул и подвел Громфа к хрустальному шару. Следуя примеру псионика, архимаг мягко положил руки на твердую поверхность и закрыл глаза. И будь что будет.

— Кь’орл, — прошептал он мгновение спустя. А потом выдохнул: — Ивоннель!

Он понял, что это — его дочь. Громф попал в разговор между Киммуриэлем и Ивоннель, созданный при помощи Кь’орл.

Чемпион Ллос выбран, и Принц Демонов на подходе, говорила Ивоннель Киммуриэлю. Я призову тебя, и ты дашь мне то, чего я просила.

Я не могу говорить за улей разума, ответил Киммуриэль, и Громф понял, что псионик не первый раз повторял свое заявление об отказе. Страх, царящий в его голове, был очевиден. По-видимому, ставки были определены.

Ты будешь, сказала Ивоннель.

Громф не мог в полной мере разобраться в происходящем, но ему казалось, что грядет большое сражение, новая битва Госпожи Ллос.

Если Демогоргон будет побежден, твое преступление отойдет на второй план, продолжила Ивоннель, и Громф успел глубоко вдохнуть, прежде чем понял — теперь дочь обращается к нему, а не к Киммуриэлю. На самом деле, он даже не был уверен, что Киммуриэль слышит этот телепатический разговор.

В будущем мы поговорим, пообещала Ивоннель, и связь была разорвана. Громф отступил от хрустального шара, глядя на Киммуриэля. Архимаг прищурился, бесплодно пытаясь скрыть свое благоговение.

— Твоя матрона мать? — спросил он сына Дома Облодра.

— С её помощью ваша дочь нашла меня. И теперь она приказывает мне.

Громф дал этому замечанию повисеть в воздухе, а потом просто пожал плечами. Его лицо стало самодовольным, и он ответил:

— В конце концов, она Бэнр.

— Теперь она приказывает нам обоим, — внес ясность Киммуриэль, и Громф слегка поморщился.

Тихо крадясь в темноте, Дзирт шел по туннелям Путей Повелителей. С ним было все его снаряжение, а также брошь, данная ему странной молодой женщиной, которая называла себя Ивоннель. Она заверила, что вещица даст ему некоторую защиту, а ей — возможность наблюдать за ним.

Большую часть этого дня он провел за пределами Мензоберранзана вместе с Ивоннель. Он все еще не мог понять, была ли незнакомка еще одним существом, воскресшим во времена Раскола? Или же он заблудился, бродя по циклическим коридорам времени и проживая жизнь и в прошлом, и в настоящем, а потому она действительно была Ивоннель Вечной?

Или, быть может, она была просто еще одной Бэнр, которую назвали Ивоннель. Или, возможно, он по-настоящему сошел с ума. Или мира, который его окружал раньше, никогда не существовало, и только сейчас он начал понимать страшную правду о том, что все было бессмысленно.

Следопыт миновал много поворотов и изгибов коридоров прежде, чем ему удалось отбросить все вопросы и сомнения, сосредотачиваясь на текущей задаче. Он неоднократно напоминал себе, что должен оценить каждый момент и отреагировать в соответствии с увиденным. По крайней мере, пока он не придет к какому-то определенному мнению в отношении происходящего.

На данный момент это значило найти существо, Демогоргона, таким образом, помогая своим друзьям обрести свободу. Действительно ли они — его друзья, это другой вопрос. На данный момент — несущественный.

На поясе Дзирта висела новая сумочка, еще один подарок молодой Бэнр, хотя следопыт понятия не имел, что в ней.