— Понял, поговорю. Где он?

— Был на кухне, наводил там порядок. Очень нервничал.

— Он говорит, что мытье посуды его успокаивает.

— А меня наоборот раздражает. Твоя жена — ужасная хозяйка.

После такого чистосердечного признания мне не оставалось ничего другого как поцеловать ее. Мелл с энтузиазмом поддержала мое начинание. Она тоже нервничала, но старалась этого не показывать.

— Не хочу никуда уезжать, — с чувством сказал я. — Опять оставлять тебя… Это невыносимо. Куда же скрыться, чтобы нам наконец дали пожить как полагается?

— К моей тетке Амелии. К ней точно никто не сунется: ни друзья, ни враги.

— Что ты! Я у нее и дня не выдержу. Наверняка, как только садится солнце, она превращается в гигантскую мышь, нападает на магов вроде меня и пьет их кровь.

— Судя по тому как ты без конца ворчишь, то у тебя вместо крови лимонный сок, а у нее на него аллергия.

— Замечательно, значит, я в безопасности. Стоит подумать о переезде.

Оставив Мелл мучительно размышлять о том, какие наряды ей взять с собой, а какие оставить, я отправился на поиски Весельчака. Мой друг был занят тем, что чистил ложки. У нас были серебряные столовые приборы для особых случаев, теперь Весельчак натирал их, хотя в этом не было нужды — ложки и без его усилий сияли.

— Весельчак, я вынужден уехать с нашим уважаемым гостем. Мелл тоже нужно будет покинуть дом. Ты отправишься вместе с ней и будешь ее охранять. Я полагаюсь на твое здравомыслие. Ясно?

— Да, а вы далеко уезжаете? Это опасно? Если так, то не лучше ли…

— Весельчак, ты не можешь поехать со мной. Вернее можешь, но ты будешь нужнее моей жене, а я сам справлюсь.

— Как я могу быть вдали, когда вас будут подстерегать опасности?! Это неправильно…

— Тихо! — я сурово посмотрел на него. — Хороший воин не тот, кто сломя голову бежит совершать подвиги, а тот, кто выполняет приказы своего начальника. Я понятно выражаюсь?!

— Да, мой генерал. — Весельчак выпрямился. — Сделаю в точности как вы сказали.

— Вот и хорошо. Тебе лучше собрать вещи.

— Я поеду с госпожой как гражданское лицо или как воин?

— Как воин.

По губам Весельчака скользнула улыбка. Вот простая душа… Теперь он наденет доспехи, возьмет меч и будет какое-то время счастлив. Если бы мне так — надел мантию и хорошее настроение уже обеспечено.

Я вернулся к императору. Пока меня не было, Фаусмин не скучал. Он с неподдельным интересом рассматривал папки с гербарием, хранившиеся в шкафу. Мне выпала редкая возможность увидеть в нем человека, а не владыку. Лицо Фаусмина посветлело, возле рта исчезла горькая складка, он больше не хмурил брови и казался вполне милым. Он мог вполне сойти за учителя музыки или даже священника. Мне вспомнился Норман и я решил, что между ними есть что-то общее.

— Знаете, это очень редкое растение, — он сверкнул моноклем в левом глазу и положил папку на место.

— Вполне возможно. Они мне необходимы для работы, но я не знал, что вы в этом разбираетесь.

— Это увлечение детства, — усмехнулся император. — Только и всего. В десятилетнем возрасте я был одержим идеей собрать самый полный гербарий в мире, но потом узнал, что все образцы уже имеются в императорской библиотеке и мой энтузиазм пропал. Но кое-какой интерес и знания остались. Что вы решили?

— Принять ваше предложение.

— Отлично, — он довольно потер руки. — Я был уверен, что вы согласитесь. Захватите то, что вам нужно для достойного волшебства и отправимся в путь, не мешкая.