Что же по поводу облика гонцов, то я ничуть не покривил душой. Пять мужчин красовались в кавалерийских доспехах, которые выглядели так, что их хоть прямо сейчас в музей. Даже пыли и грязи почти что не было. И за это отвечали амулеты и наложенные на снаряжение заклинания. Короткие плащи с герцогскими вензелями и цветами на солдатах скорее несли декоративную роль, чем служили им защитой от холода.

 Чернёные матовые доспехи были украшены мелкой чеканкой, изображающей животных и сцены охоты. Все узоры были цвета золота и серебра, натёртые до блеска. Может, это и были не драгоценные металлы, так как даже для герцогской гвардии это слишком дорого для «рабочего» снаряжения. Но даже так экипировка на гостях выглядела очень дорогой. Да и количество деталей было велико: кираса, небольшой воротник, шлем с нащёчниками, козырьком со стрелкой, высоким гребнем и длинным затыльником, сложные сегментированные наплечники, наручи, набедренники, стальная юбка из десятков пластин и с разрезом спереди и сзади для удобства сидения в седле, наголенники и стальные башмаки «гусиная лапа». Это лишь те части, чьё название я точно знал. Особое внимание стоит уделить бронированным перчаткам, на которых даже большой палец был защищён сталью и подвижен, благодаря сложному шарниру, на котором крепилась эта деталь к перчатке. При этом фаланги с ногтем для удобства бойцов и лучшего удержания оружия были не защищены металлом. Однако, стоит такому латнику сжать пальцы в кулак и даже парируя им чужое оружие кончикам пальцев почти ничего не угрожает.

- Господин виконт, - поклонилась мне пятерка солдат.

- Господа, - чуть кивнул я в ответ. В гвардии обычно служили дворяне. Чаще всего безземельные или вторые, третьи и так далее сыновья баронов и виконтов, которым не светит наследство и им приходится зарабатывать себе на жизнь мечом и магией. В гвардии любого аристократа служить почётнее, хотя и меньше доход, чем в каком-нибудь хорошем наёмничьем отряде. Но слава и уважение для большинства местных важнее золота и серебра в карманах. Это приходит лишь с возрастом.

- Его светлость приказал вручить вам это письмо, - тот, что стоял ближе всего ко мне, достал из небольшой сумки, похожей на охотничий ягдташ, кожаный тубус с одной сургучной печатью, болтавшейся на толстом золотистом шнурке, и протянул его мне двумя руками. – Прошу.

 Никого рядом из ближников не было, кто мог бы принять тубус и передать его мне, как в принципе, по правилам полагалось делать в подобных случаях. Поэтому всё пришлось делать самому. А с другой стороны, снизойдя до простых посланников и взяв лично герцогское послание с его печатью, я выказал сильное уважение их сюзерену. Так что, унижения своему статусу я не нанёс. Тем более что письмо это было от человека с более высоким положением. От Ла Дагра в подобном случае при равном положении послание мне должен был передать кто-то другой, но не простой слуга, так как урон чести понёс бы Реджинальд. Впрочем, я мог и его взять лично, так как мы с виконтом считались друзьями и союзниками.

 Вообще, таких вот дворянских заморочек полно и я постоянно писаные и неписаные правила нарушаю. До сих пор мне это сходит с рук благодаря благосклонности сильных мира сего и моему статусу иного.

 Сорвав печать, я вытащил из тубуса трубочку бумаги, в которой опознал стандартный лист А4 высокого качества, на котором уже были нанесены вензеля и завитки, отражающие тот факт, что бумага является герцогским документом. Явно из тех трофеев, что сумели привезти участники первого похода в мегаполис. Или кто-то из землян продал в окрестных городках, а покупатель перепродал где-нибудь в Тсабе, а там бумага попала в руки герцогского управляющего. Имелся в тубусе и ещё один небольшой лист.