Вместо газовых мин на крепость обрушились обычные. Их поддержали главным калибром БМП-3. А из-за их спин ударили чуть ли не прямой наводкой самоходки.

 Магическая защита могла сколь угодно долго выдерживать попадания каменных глыб и горшков с горящей смесью. Но очень быстро рухнула, столкнувшись с фугасными снарядами в сто и сто пятьдесят два миллиметра и стодвадцатимиллиметровыми минами. Хватило нескольких десятков взрывов на магическом пологе, чтобы он исчез. Следующая сотня взрывов обгрызла стены и башни, вынесла ворота. Досталось и постройкам внутри.

 После этого был отправлен парламентёр с предложением сдаться на милость принца, который не желает лишней крови и даёт шанс солдатам и командирам ликанонской армии сохранить свои жизни. Да, все окажутся в плену, но кто-то отработает своё освобождение, другие выплатят выкуп.

 Ответ осаждённых никого не удивил. Прозвучал он в духе ответа командира гарнизона Измаила, когда ему Суворов предложил почётную сдачу.

 И тогда само небо рухнуло на Львиную Гриву в виде двенадцати трёхсотмиллиметровых ракет с термобарической боевой частью. Теснота построек, подвалы, каменные стены, личные амулеты – ничто из этого не помогло большинству ликанонцев. Кто сразу не погиб от взрыва, те задохнулись позже.

 В крепости нашли укрытие почти пять тысяч людей. Гарнизон, остатки королевской армии, дружины дворян и жрецов из окрестных феодов, которые сомневались в высоте и крепости стен своих замков, крестьяне с челядью. И почти три тысячи из них погибли в результате обстрела артиллерией.

 После того огненно-дымно-белого облака, на несколько минут повисшего над крепостью, никто из астанирийцев не пожелал идти с очередным предложением о сдаче. Только на следующий день принц отправил парламентёра, который вскоре вернулся с положительным ответом от уцелевших ликанонцев.

 Так пала «непобедимая» крепость.

 Треть армии, в основном дружины молодых дворян и наёмников остались грабить Львиную Гриву, остальная часть армии выдвинулась в сторону столицы Ликанона, где заперся король Мансур.

 И вот уже девять дней моя дружина и армия принца стоят под стенами – к слову сказать, ставшими весьма потрёпанными за эти полторы недели – главного города Ликанона. Вампиры, наёмники, лазутчики и перебежчики, за услуги которых мои соратники щедро платили золотом и серебром, до сих пор не сумели отыскать никаких следов похитителей, умыкнувших меня и девушек. Мансур отрицал всяческое своё участие в этом деле. Те, кто его поддерживает, так же клялись, что абсолютно не причём.

 Шацкий стал подозревать, что ликанонцев банально подставили. Но вот кто? Жрецы? Кто-то другой, кому я успел оттоптать любимую мозоль? Происки третьей стороны?

 Летающие големы и големопсы были разосланы в разные стороны в надежде, что кто-то из них сумеет почувствовать меня, стоит оказаться рядом. Увы, и тут моих товарищей ждало разочарование. Вертолёт-голем добрался до предгорий, закладывая внушительные петли, но на мой след не наткнулся. Часть дружинников и людей Палыча начала поиски в Пустом королевстве. И всё с тем же результатом.

 Три недели поисков, тысячи смертей, десятки мелких стычек и несколько крупных сражений и осад.

 Всё это вызывало тоску и злость у моих подчинённых. Неизвестно, к чему бы всё могло дальше привести, если бы я не нашёлся сам. Гоню сейчас мысли о внутреннем разладе, который на Земле стоил многим компаниям, объединениям и даже странам склок с последующим распадом, когда внутри пошло движение на тему «кто же встанет у руля после смерти вожака».

 И я безумно рад, что дело не успело дойти до этого.

- Ты сообщил нашим, что я дома? – поинтересовался у Николая.

- Нет ещё, - отрицательно мотнул тот головой и вопросительно посмотрел. – Передавать?

- Да.