Этот разговор проходил у меня в Новом лагере рядом с Лесом, который я создал для инициации первых магов. Я, два гвардейца из землян, Ползун и пожилая женщина из нетерисов, мать ещё одного моего гвардейца, который должен вот-вот прибыть сюда. Находились мы в небольшой постройке из профилированных труб, обшитых металлическими сэндвич-панелями. Из-за частых налётов ночных тварей из Леса, пришлось все палатки заменить на вот такие здания. Для когтей, клювов и зубов два слоя полуметрового железного листа оказались непробиваемыми.

- Да, господин, я всё поняла, - нервно ответила та. – Всё будет хорошо.

 Несмотря на свой ответ и мои слова спокойной и уверенной в благополучном исходе моей задумки она не выглядела.

 Через несколько минут пришёл Совент, тот самый гвардеец, которого я ждал. Его сопровождал Тесак. В отличие от всех нас на нетерисе не было големодоспеха, а из оружия только длинный кинжал на поясе и небольшой засапожный нож в правом голенище.

- Командир? – тот вопросительно и с заметным чувством настороженности и непонимания посмотрел на меня. Обращение пошло среди гвардейцев с лёгкой руки их командира. Сам же Тесак иногда ещё и магистром меня называет.

- Тебе и твоим товарищам предстоит выполнять опасные и сложные задания, некоторые могут тебе не понравиться.

- Я выполню любой приказ, - твёрдо сказал тот.

- Наверное… или нет, - развёл я руками. – Есть лишь один способ это проверить.

 Тот, понял, что сейчас услышит нечто такое, что ему не понравится. Бросил быстрый взгляд на бледную мать, слева и справа от которой стояли гвардейцы в полном доспехе, потом опять посмотрел на меня.

- Командир…

- Я хочу, чтобы ты убил её. Если сумеешь убить мать, то выполнишь и любой другой приказ, - перебил я его.

 Тот отшатнулся назад, словно я его ударил по лицу кулаком:

- Нет!

- Я приказываю, воин, - с нажимом произнёс я. - Ты должен взять в руки кинжал и ударить эту женщину точно в сердце.

 Рука гвардейца даже не дёрнулась к рукояти клинка на своём боку.

- Я не могу этого сделать, - глухо произнёс он. – Это моя мать.

- А это мой приказ!

- Это моя мать! – почти закричал он, заставив окружающих дёрнуться. Тесак шагнул к нему, а оба гвардейца выступили вперёд, прикрывая женщину собой. Только Ползун остался на месте, даже не шевельнувшись, изображая из себя огромную гору из земли и металлических пластин всевозможных форм. Нетерис посмотрел на них и остался на месте, хотя было видно, что у него мелькнула мысль броситься на меня. Но слишком хорошо он знал возможности бойцов в големоброне. Против них он был сущим котёнком в схватке с волкодавом.

- Что ты чувствуешь сейчас, Совент? – внезапно спросил я его. Такая резкая смена темы выбила его из колеи, в его взгляде злость, отчаяние и боль сменились в очередной раз непониманием ситуации.

- Чувствую? – переспросил он.

- Да. Тебе больно физически, мысли путаются, тяжело дышать?

- Я… нет, только боль здесь, - он ударил себя кулаком по левой стороне груди, - что я не тот, кто вам нужен… и то, что я считал вас своим командиром, а вы…

- А я и есть твой командир, - перебил я его. – Жёсткий, но твой командир. Заметь – не жестокий. Когда ты не выполнил мой приказ, тебе стало дурно или больно?

 И вот сейчас в его глазах мелькнуло понимание ситуации. Машинально он схватился за кожаный ошейник, который опоясывал его шею. И тут же выпустил его, будто ухватил ядовитую змею за хвост.

- Что? – напрягся я, увидев этот его жест.

- Не чувствую ничего. Ошейника не чувствую, - торопливо и нервно скороговоркой произнёс нетерис и вновь потянулся к своему «украшению». На этот раз он его не выпустил.