— Но я не заказывала кошерный обед, и он мне не нужен, — прошипела она. — Я не… — она повернула голову к окну и представила, как все пассажиры в самолете злобно на нее смотрят, а потом снова обратилась к бортпроводнику: — Я не еврейка. Я не утверждаю, что быть евреем плохо, но я не еврейка.

При одной мысли о возможном пятне от борща ей стало плохо. Как-никак на ней был белый шелковый костюм с расклешенными брюками и прозрачная белая шифоновая блузка!

— Боже, боже, пожалуйста, извините, — засуетился бортпроводник и встал, разглаживая складки на брюках. — Наверное, произошла компьютерная ошибка. Так вы еще не видели меню? — спросил он, показывая на пухлую кожаную папку, внутри которой была одна-единственная страничка.

— Вообще-то, видела, — коротко ответила она.

— Тогда извините, миссис Смайт. Что вам принести?

Взяв себя в руки, Пегги Джин коснулась простого рифленого колечка из белого золота в левой мочке и тихонько, вежливо рассмеялась.

— Я подумала, что неплохо было бы попробовать котлету по-киевски.

Бортпроводник улыбнулся, склонив голову набок.

— Значит, котлета по-киевски.

Но Пегги Джин вдруг насторожилась.

— А где находится этот Киев?

Бортпроводник замялся, покусывая ручку. Задумался на минутку, нахмурив лоб.

— Я сейчас спрошу у капитана, — наконец проговорил он и, прежде чем отвернуться, добавил: — Мне очень жаль, что вышло недоразумение со специальным меню.

— Ничего страшного, просто, знаете, я немного удивилась. Ведь я христианка. — И с улыбкой добавила: — Но откуда это знать компьютеру?

Бортпроводник улыбнулся в ответ:

— Действительно, откуда? Прогресс еще не достиг таких высот.

Чтобы выбросить это происшествие из головы, Пегги Джин приняла таблетку валиума (таблетки она хранила в баночке из-под витаминов). Она обнаружила, что валиум — весьма удобная штука.

Через несколько часов, после ужина и кино, Пегги Джин решила освежиться и пойти в туалет. Расстегнув ремень безопасности, она встала в проходе, с удовольствием потянувшись. Открыла верхнее отделение для багажа, достала косметичку «Американский турист» в твердом чехле и прошла по узкому проходу к двери туалета. Но прежде чем достигнуть цели, она заметила тележку с напитками, припаркованную в маленькой кухоньке за переборкой. Все три бортпроводника первого класса дремали, как и большинство пассажиров.

Она тихонько отодвинула металлический ящичек и увидела симпатичные маленькие бутылочки: «Гран Марнье», «Драмбуйе», кремовый мятный ликер. И подумала: почему бы и нет? Почему бы не привезти пару маленьких бутылочек домой в качестве сувениров? Ведь это не то чтобы воровство. Нет, конечно. Ведь в салонах первого класса напитки подаются бесплатно. Ее билет обошелся каналу дороже пяти тысяч долларов, а за такие деньги…

Пегги Джин осторожно вытащила из тележки маленькую бутылочку «Гран Марнье». В детстве она обожала апельсины.

Разумеется, проблема была в том, что в другой руке она все еще держала косметичку. И вот она оглянулась, чтобы убедиться в том, что никто на нее не смотрит. Потом поставила косметичку на пол и открыла ее. Взяла маленькую бутылочку и поставила ее в сумочку рядом с увлажняющим кремом. Потом достала вторую и хотела было закрыть сумку, но тут ей пришло в голову что если подарить чудесные бутылочки лишь двоим близким друзьям, то другие могут обидеться.

И вот очень тихо Пегги Джин выдвинула ящик тележки до конца и положила в косметичку еще пять бутылочек с ликером. «Обвяжу каждую из них симпатичным маленьким бантиком и прикреплю к подаркам, упакованным в оберточную бумагу», — подумала она.