Ну, не ожидал я от них такой реакции: в лицах переменились все, а Данилыч и выправку поменял.

- Отчего же сразу не представились, Андрей Иванович? – спросил поручик. – Для чего такая комедия про слесаря понадобилась?

- А оттого, господин поручик, что служба моя закончилась, и на счёт слесаря никакая это не комедия, а самая что ни наесть суровая правда жизни.

- Послушайте, но отчего же сразу слесарем? – удивился Старинов.

- А кем? – почти перебил его я.

- Разве не найдётся других применений Вашим талантам?

- Например?

- Вы давеча говорили, будто бы съёмку вести умеете.

- Доводилось.

- Так почему бы Вам не присоединиться к нашей экспедиции? Нам как раз опытный человек пригодился бы.

Предложение поручика было не лишено смысла, но… Пока я скрипел мозгами, вмешался младший:

- А карта, про которую Вы говорили, она, правда, при Вас?

- Да? – оживился поручик. – Позволите взглянуть?

Я ещё не успел ничего ответить, а он спохватился:

- И вот инструмент Ваш, возвращаю, - поспешно произнёс он, протягивая мне мой мультитул.

Я не торопясь принял из его рук инструмент, также, не говоря ни слова и никуда не спеша, сложил его и убрал в поясной чехол. Офицеры терпеливо ждали.

- Что ж, - произнёс я, наконец. – Карту показать, конечно же, можно. Только сразу предупреждаю, с ней не всё просто.

- Да что же может быть простого, с картой, которой ни у кого ещё нет? – вопросил младший, радуясь чему-то словно ребёнок.

- Вы, Алексей Николаевич, даже не представляете всей глубины своих заблуждений, - мрачно сказал я, и решительно добавил: - Только не вздумайте, господа, спрашивать, откуда она у меня!

- Её Вы тоже выиграли? – засмеялся поручик, но было видно, как ему не терпится увидеть карту.

- В шахматы, - невесело пошутил я, снимая рюкзак. – В шестицветные.

- А что бывают и такие? – удивился младший.

- Бывают, - заверил его я.

- А это у Вас что? – воскликнул он, когда я извлёк из рюкзака лопату.

- Лопата, - констатировал я, продолжая искать карту.

- Да как же ей копать?! – изумился Данилыч. – На карачках, что ли?

Я молча раздвинул телескопический черенок и воткнул полотно на четверть штыка в землю.

- Ишь ты! – восхитлся Данилыч. Остальной народ за его спиной тоже пошушукался, одобрительно цокая языками.

- Вот, извольте! – с этими словами я поднялся с колен и протянул карту поручику.

Рассматривать развёрнутую карту сидя в седле, оказалось не очень удобно, и господа офицеры сначала просто спешились, а потом, за неимением другой ровной поверхности, расстелили её прямо на земле, придавив с двух сторон шпагами от ветра, так и норовившего сдуть бесценную карту.

- На этой карте обозначены объекты, которых ещё не существует в действительности, - пояснил я на всякий случай.

- Для чего, позвольте Вас спросить? – пристально глядя на меня, спросил поручик.

Как ему объяснить, что всё это обязательно будет? Лет через… А правда, через сколько? Какой у них тут сейчас год?

- Полагаю, это перспективный план развития региона, - выкрутился я, наконец.

- Что, простите? – переспросил младший, но и поручик, похоже, тоже ожидал ответа именно на этот вопрос.

Я поводил руками в воздухе, пытаясь собрать мысли если уж не в стройные ряды, то хотя бы в кучу.

- Я и сам толком ещё не разобрался, но думаю на ней нарисовано то, что по замыслу её создателей должно здесь появиться в некоем отдалённом будущем, - сказал и облегчённо выдохнул.

Оба офицера снова углубились в изучение карты.

- Самара-то раз в двадцать больше, получается! – изумлённо воскликнул младший, ну, тот, который Алексей.