Женщина привела нас в зал совета. На полу лежала мертвая девочка лет четырнадцати. Её ноги были до неприличия раздвинуты, а руки раскинуты в стороны. Голова, вывернутая под неестественным углом, выглядела пугающе из-за застывших голубых глаз, уставившихся в потолок. Кто-то сломал ей шею. Быстро. Чисто. Одним резким движением. Через влажную футболку, порванную и в пятнах, просвечивало украшение — сердечко на золотой цепочке. Такое не дарят. Такое покупают сами себе в знак утешения.

Пол украшали длинные глубокие царапины, что доказывало, что девочка должна была изменить форму, прежде чем умерла. Сцена насилия ясно представала перед глазами. Работал упырь, это очевидно.

Карран мрачно рассматривал труп.

— Этот подонок оставил номер своего телефона, — сказал он, расслабив кулак. Из ладони на пол скользнул мятый лист бумаги.

Я не стала спрашивать, где на ее теле нашли записку.

Махон, до этого сидевший у стены и с силой теревший лоб, подошел к девочке. Его огромные руки схватили её тельце, одним резким движением переломили хрупкие кости. Инстинкт. Девочка изменила облик и, когда Махон ее отпустил, упала, стукнувшись головой о доски.

— Ты собираешься ему звонить? — спросила я.

— Да, — ответил Повелитель Оборотней. — Есть другие предложения?

— Он теряет самообладание, когда что-то выходит из-под контроля. И в этот момент думает своим членом, — пояснила я Нику.

Карран набрал номер и включил громкую связь. Послышались монотонные гудки: первый, второй... Щелчок оповестил всех о том, что трубку подняли.

Раздался взволнованный голос Боно:

— Я вижу, ты получил мое сообщение. Девочка лежит там на полу, а ты смотришь на нее с наслаждением. Было бы неплохо её трахнуть, верно? Я могу помочь тебе с этим. Она была милой. Неуклюжей тупицей, но милой. Немного сухой, но кровь все исправила. Так сказать, альтернатива.

Карран оставался расслабленным и почти спокойным. Правда, молчал.

— Твоя подружка там с тобой? — продолжал болтать Боно. — Высокая, темноволосая, с острым языком. Я искал её, но она пропала. И поэтому я взял человеческую блондинку, которая была у тебя до нее. Я собираюсь отведать её за ланчем. Трюк со свежим мясом — мягчайшим, заметь — должен задобрить меня. Мои дети сделают из твоей девочки филе. Ты бы хотел услышать её крик?

Последовал звук открывающейся двери.

— Пожалуйста, нет! Нет! Прошу… А! — нечеловеческим голосом взвыла женщина. Судя по шорохам и какому-то грохоту, там происходила борьба.

Я задрожала. На ее месте должна была быть я. Что делать? Что? Слушать. Только это пока возможно.

Лицо Каррана оставалось спокойным; он просто поднял в воздух металлический стул и согнул его пополам.

Внезапно женщина закашлялась, а потом застонала. Её всхлипы заполнили зал. Когда я готова была уже заткнуть себе уши, все оборвалось.

Боно громко прорычал:

— Идиот!

Кто-то невнятно огрызнулся ему в ответ. Скорее всего это был Араг.

— Он проколол ей артерию, ¬— голос Боно зазвучал вновь. — Это ведь так просто: порезать живот и вытащить кишки. Но нет, он вцепился когтями в артерию. Теперь мне все отмывать. Я убью его в конце концов.

Хныкающие звуки стали тише, словно отдаляясь.

— Итак, скажи мне, это звучало так же, как когда ты трахал ее? Лично для меня она не кричала, только рыдала. Реальное разочарование... Эй, ты там, полукровка?

— Я здесь. И у меня тоже есть кое-что для тебя. Готов послушать? Скажи приветик, Кейт.

— Привет, — холодно сказала я.

На той стороне повисло молчание — он не верил.

— Это не она. Она все еще у себя дома.

— Как шея? Все еще плюешься стеклом? — продолжила я разговор.