Изменить размер шрифта - +
Ни историей, ни тем более политикой мы не занимаемся.

— И они смирились? — не поверила Ася.

— В позапрошлом году был еще один разговор. Новый директор ФСБ не захотел, чтобы такие резервы простаивали. Пришлось доказать, что мы вовсе

не резервы, — продемонстрировать несколько наших операций и, кстати, объяснить, что, если кто-то из его орлов завладеет синхронизатором, мы

расценим это как вторжение. Со всеми вытекающими.

— И они смирились… — повторила Ася с сомнением.

— Демонстрация силы касалась ФСБ. Они переманили какого-то опера, слава богу — не из моего отряда, и Служба провела компенсацию, прямо на

глазах у директора. Этот участок памяти ему закрывать не стали — впредь будет наука. Если вам не надоели лекции, могу отвезти вас в школу,

еще на один сезон, — неожиданно закончил Василий Вениаминович.

— Вы же адрес забыли, — лукаво произнесла Ася.

— Временно… — заявил Лопатин, потрогав на поясе корректор.

Олег обратил внимание, что к этому прибору начальник прикасается чаще, чем к другим, — словно для него служба заключалась не в исправлении

событий, а главным образом в исправлении воспоминаний.

Василий Вениаминович надел шляпу, застегнул пальто и, указав на мешок с бумажной лапшой, вышел из кабинета. Шорохов собрал кредитки,

пролистал паспорт и, даже не запомнив своего нового имени-отчества, сунул все во внутренний карман. Ася, напротив, рассматривала документы

долго.

— Идешь, нет?… — спросил Олег, останавливаясь в дверях.

— Фотографию могли бы и поприличней вклеить, — фыркнула она.

— Фотка нормальная, реалистичная. Лучше слетай в прошлое, найди маленькую Асю и скажи ей, чтоб не курила.

— Лучше найду твоих родителей. Скажу, чтобы предохранялись.

— Не была б ты женщиной…

— Не был бы ты идиотом… — холодно начала Ася, но в этот момент из тамбура появился Лопатин.

— Вы мне надоели! — процедил он, доставая мнемокорректор.

Шорохов это увидел первым, но сделать ничего не успел.

— Идешь, нет? — спросил он, проморгавшись.

— Фотографию могли бы и поприличней вклеить, — пожаловалась Ася.

— Не кокетничай, Прелесть. Меньше нравиться ты мне все равно не будешь.

— Я учту…

— Вот! Культурные же, оказывается, люди! — заметил, поправляя шляпу, Василий Вениаминович.

Лопатин довез их до гостиницы и, высадив, тут же уехал.

— Сколько звезд? — меланхолично спросила Ася, глядя на дымящуюся возле входа урну.

Чад от тлеющего мусора восходил прямым столбом — Олег отметил, что завтра опять будет морозно, — и клубился под заржавленным навесом с

ядовито-зелеными буквами «Урал, отель».

— Здесь, наверно, не звезды, а кресты, — отозвался Шорохов. — Максимально — четыре.

— Фу, Олег!.. Слушай, у нас же карточки! Почему бы не поселиться в другом месте?

— Утро вечера мудренее, — буркнул он.

— До утра еще дожить… Здесь, может, и насекомые…

— Вот и проверим. И без самодеятельности! Если Лопатин привез нас сюда, значит…

Ася было взяла его под руку, но тут же высвободилась и, быстро поднявшись по щербатой лестнице, вбежала в парадное.
Быстрый переход
Мы в Instagram