— А я думал, ты про магию, — Ехидно усмехнулся старый вояка, который волшебство откровенно недолюбливал. Даже обращению с магическими посохами он не учился, отговариваясь занятостью на административной работе или тренировками новобранцев…Впрочем, использовать в бою прошедших короткие курсы по обращению с артефактами «чародеев» лейтенанту сия фобия нисколько не мешала.

— Я сильно удивлюсь, если окажется, что волшебство не подчиняется никаким законам мироздания, которые можно бы было описать с помощью формул, — попытка пожать плечами, кажется, осталась незамеченной из-за давящих на плечи самодельных лат. Не то, чтобы мы полагали, будто наш сегодняшний враг будет в состоянии отстреливаться или сможет прорваться в бронированный корпус машины, однако на всякий случай следовало перестраховаться. Передвигаться сегодня на дальние дистанции при помощи ног народ не планировал, а потому все натянули защиту в виде толстой одежды, покрытой большими и хорошо подогнанными друг к другу полосами металла. Уж не знаю, называлось ли подобное обмундирование кольчугами, бригантинами или как-то еще, но загрызть или разорвать одетых в него людей могло далеко не каждое чудовище. Особенно если не забыть одеть на голову шлемы, сделанные из усиленных стальными полосами ведер с прорезями для глаз. — Ну а то, что мы их пока не знаем и нам кажется, будто они нарушают законы природы — так для пещерного человека с лексиконом в триста слов тоже сложно бы было уяснить саму концепцию реактивной артиллерии…Но пользоваться ею в своих целях он бы определенно смог, если бы его кто-нибудь научил нажимать на нужные кнопки или он сам подсмотрел, как это делается.

— Странно, — удивилась Гуля, которая сидела на небольшой лавочке у стены, держа на коленях свой шлем. — Мне всегда казалось, что к волшебству ты относишься как к чуду!

— Правильно казалось, — согласился я с черноволосой и черноглазой девушкой, чью подтянутую фигурку ныне под слоем железа и плотной ткани не сумел бы оценить и самый озабоченный в мире бабник. Эх, не умеем мы пока делать доспехов, подчеркивающих женские стати, не говоря уж о зачарованных до неприличия бронестрингов… — Но я в общем-то и к компьютерам также относился. Как к маленьким и очень полезным чудесам, в потрохах которых иногда нужно долго копаться, чтобы все работало как надо.

Мелькавшие в бойницах стены зданий, густо увитые лезущим все выше и выше плющом, сменились небольшой полосой деревьев, а после машины вышли на относительно свободное пространство. Вдоль железной дороги, параллельно которой шел довольно большой кусок окаймляющей город автомагистрали, зданий почти не строили. Видимо, в рамках противопожарной безопасности. Ну а может и по какой-то иной причине.

— Первый, на…! — Радостный и злой возглас водителя оказался несколько смазан громким влажным треском, с которым установленный на передней части машины таран врезался в какую-то преграду. И, скорее всего, разрезал её на две части ну или как минимум изрядно надрубил и уже в таком виде отправил под колеса. Конечно, заостренному тракторному ножу было далеко до остроты настоящих клинков, однако масса нашего транспорта с лихвой компенсировала любые недостатки. — Да жирный какой! В сухопутного кита мутировать начал, не иначе!

— Ты там особо не увлекайся! А то сам потом машину мыть будешь! — Сделал подчиненному замечание Мирохин, пока я пытался через бойницу разглядеть жертву дорожно-транспортного происшествия. Безуспешно, то ли сбитое нами существо куда-то далеко в сторону отлетело, то ли просто ракурс у меня оказался неудачный. — В конце-концов, мы их поголовно передавить при всем желании не сможем! Семен правильно сказал — математика против нас!

— Сильно против, — поддакнула ему Гуля, скрывая свое симпатичное личико под бронированным ведром.