— Фе! Мерзость! — Булькающим голосом произнесла Гуля, что явно боролась с тошнотой. — Эти уроды воняют даже хуже, чем мертвецы!

— Технически — как раз таки покойники испускают удивительно мало смрада, — поправил её я, вновь берясь за ружье и начиная расстреливать следующую цель, которая вцепилась в одну из торчащих из боков арматурин и теперь пыталась выдрать её с корнем. И кто знает, может у неё и могло получиться. Когда-то это было три разных человека, но теперь они слово сплавились вместе, образовав отвратительную многорукую и многоногую мерзость. Однако лица, торчащие из месива мертвой плоти на длинных шеях, все еще хранили серьезное сходство с человеческими, пусть даже местами кожа и слезла, обнажая темно-красную мышечную ткань, а вместо глаз красовались бесцветные бельма. — Видимо почти все лишнее уже сгнило, а об оставшемся новые хозяева тел заботятся, не давая тканям слишком сильно разлагаться.

Десятки мертвых тел, набросившихся на наш отряд, под натиском свинца и стали за считанные минуты сократились до нескольких отдельных тварей, которые никак не могли сдохнуть из-за своих многочисленных мутаций. Хотя бойцы и стремились оказать им максимально возможную помощь в этом вопросе, нанося все новые и новые огнестрельные раны, а машины таранили их прицепленными спереди ножами, не столько разрезая, сколько разрывая и раздавливая. И когда последний монстр окончательно превратился в груду органического мусора, мы оценили потери…А после двинулись дальше, не удостоив несколько погнувшихся арматурин и парочку заметных вмятин в стальных листах даже минуты молчания. Время для него наступило чуть позже, когда в зоне видимости замаячил вокзал. Периодически на нашу группу нападали другие мертвецы, однако редкий треск выстрелов или столкновение машины с телом очередного ходячего покойника уже воспринималось как нечто незначительное.

— Вот оно, место величайшего позора нашего города, — тоскливо произнесла Гуля, приподнимая свой шлем, чтобы удобнее было выглядывать в бойницу. Через щели в покрывающих корпус листах железа обзор открывался преотвратный, но тем не менее нельзя было не заметить человеческие кости, покрывающие тут все и вся. По меньшей мере треть обитателей Новокузьминска погибла здесь во время неудавшейся эвакуации, когда с расположенного неподалеку нового городского кладбища хлынула толпа живых мертвецов. А может быть даже и половина. — Ох, если тут не найдется состава с топливом, то могилы рыть мы задолбаемся.

— Не будем и пытаться, — возразила ей стоящая рядом женщина, которая могла бы показаться мне симпатичной, если бы изволила причесаться и воспользоваться макияжем…Но видимо перед боевой операцией ей было лень заниматься подобными глупостями. — У нас нет пары месяцев на то, чтобы махать лопатами. Пусть их сгрызают падальщики, тем более разные мелкие ящеры, крупные жуки и прочие объявившиеся в городе любители погрызть мертвечинку работают на диво быстро. Главное, чтобы вампиры или прочие труполюбы не сумели поднять те кости, которые от них останутся.

— Не сумеют, если мы их сгребем тракторами в кучу и основательно прожарим. А сейчас хватит говорить, пора отстреливать тварей! — Заявил Мирохин, подавая пример и разнося на куски из своего ружья голову почти добежавшего до машины покойника, почти полностью сохранившего свой прежний облик. Видимо дух, захвативший это тело, не отличался особой силой, да и с добычей ему не везло.