Изменить размер шрифта - +

Не думаю, что хоть раз я смотрела в небо и задавалась вопросом о том, есть ли во Вселенной другие разумные расы. Я знала, что ни разу не посмотрела на землю под ногами и не прониклась осознанием собственной смертности. Я слепо неслась по аллее магнолий и солнечных дней, слепая, как крот, во всем, что не касалось парней, моды, секса — всего того, что могло тогда доставить мне удовольствие.

Но я не призналась бы в этом, даже если бы могла говорить. Мне было стыдно. Очень стыдно…

Кто ты, черт возьми, такая? Кто-то недавно выкрикнул этот вопрос, кто-то, чье имя от меня ускользало. Кто-то, кто меня пугал. Кто вызывал жгучий интерес.

А жизнь не похожа на прямую линию.

Она прорежена вспышками молний. Такими быстрыми, что ты не замечаешь приближающейся опасности, пока не окажешься раскатанным в лепешку на дороге, как Хитрый Койот, после всех своих гениальных планов попавший под каток Дорожного Бегуна. Сестра погибла. Мне в наследство достались тонны лжи. И примесь древней крови. И невыполнимая миссия. И Книга, которая являлась чудовищем неимоверной силы. А от того, кто первым до нее доберется, зависит судьба всего мира. Возможно, судьба всех миров.

Глупая ши-видящая. Ты была так уверена, что все идет как надо.

Здесь и сейчас — не на мультяшной дороге, с которой можно встать и волшебным образом собраться из лепешки обратно, а на холодном каменном полу церкви, голая, потерянная, окруженная Фейри, которые убивали меня сексом, — я чувствовала, как мое самое мощное оружие, которое я клялась никогда не терять, — надежда — ускользает от меня. Копье я потеряла уже давно. Моя воля…

Воля? Что такое воля? Что значит это слово? Я знала его когда-то?

Он. Он здесь. Тот, кто убил Алину. Пожалуйста, пожалуйста, пусть он ко мне не притрагивается.

Это он меня трогает? Это он — четвертый? Но зачем ему прятаться?

Когда стены рушатся, когда мир разваливается, имеет значение только один вопрос. Кто ты?

Я воняла сексом, я пахла ими — темным, одурманивающим запахом. Я не чувствовала больше ни пространства, ни времени. Они были во мне, и я не могла от них избавиться, и какой же дурой я была! Я все еще надеялась, что в последний миг, пока мой мир еще не уничтожен, меня спасут: примчится на белом коне рыцарь в сияющих доспехах, или приедет на гладком и тихо урчащем «харлее», или появится во вспышке света — в ответ на сорвавшееся с моих губ имя. На чем там меня воспитывали — на сказках?

Не на тех, что нужно. Нужные сказки о Фейри мы должны были рассказывать своим дочерям. И несколько тысяч лет назад мы так и делали. Но с тех пор мы стали беспечными и самодовольными, ведь Древние, похоже, тихо, оставили наш мир, и мы позволили себе забыть Старые Пути. Мы наслаждались торжеством современных технологий и забыли о самом важном.

Кто вы такие, мать вашу?

Здесь, на полу, в последние мгновения — последнее «ура!» МакКайлы Лейн — я узнала ответ на вопрос о том, кто я такая и кем я была.

Я никто.

 

1

Дэни: 14:58, 1 ноября

 

Привет, это я, Дэни. Я тут малость возьму ответственность на себя. Фигня, честно говоря, потому что Мак сейчас попала в беду. Все мы попали. Вчера ночью все изменилось. Наступило что-то вроде конца света. Ага, вот как плохо. Миры Фейри и людей столкнулись, бабахнуло, как при сотворении мира, и все пошло наперекосяк.

Хреновы Тени ворвались в хреново аббатство. Ро чуть не лопнула, вопя, что Мак нас предала. Приказала нам за ней охотиться. Привести живой или мертвой. Запереть или закопать, сказала Ро. И держать подальше от врагов, потому что Мак — слишком опасное оружие, чтобы позволить использовать ее против нас. Она единственная, кто может найти «Синсар Дабх». И нельзя позволить ей попасть в плохие руки, а «плохими руками» Ро считает все, кроме своих.

Быстрый переход
Мы в Instagram