— Что ж… Тогда я приготовлю комнату для Кристины.

— Она остается в моей спальне.

— В вашей спальне? — Кристина была шокирована. — Я не буду здесь спать.

— «Я не буду здесь спать, ваше высочество!» — раздраженно поправил ее Ричард. — Могу я спросить почему?

— Это ведь ваша комната, ваше высочество, — со смешанным чувством досады и удивления ответила Кристина. — Где же будете спать вы?

— Здесь, конечно! — Он не смог скрыть торжества в голосе, его забавляло ее удивление. Вообще в ней было какое-то невинное очарование. Но он-то прекрасно знал, что американки способны на все ради королевского титула. Он усвоил свой горький урок… — Кристина, это кольцо принадлежало моей семье веками, и я хочу, чтобы так было и впредь.

— Вы можете запереть меня в башне, поставить стражника у двери… Я не убегу, ваше высочество, обещаю.

Ее обещания ничего не значили для Ричарда: он опасался, что его мать узнает обо всем — и тогда… в утренних или в крайнем случае дневных газетах появится сообщение о скорой королевской свадьбе.

— Ты остаешься здесь. Со мной, — отрезал он.

Кристина открыла было рот, чтобы возразить, и… не смогла.

— Ваше высочество… — помрачнел Дидье.

— Спокойной ночи, Диди.

— Дидье, — повернулась к нему девушка, — спасибо, что пытались помочь мне…

— Был бы рад, мисс… Спокойной ночи, ваше высочество. С днем рождения! — Он поклонился и вышел из комнаты.

Кристина осталась одна с принцем Ричардом… И все это из-за кольца! Работа на соляных рудниках в далекой Сибири была бы меньшим наказанием, размышляла она. А если об этом станет известно за пределами дворца?

Только Ричард знал ответ на этот вопрос: если это случится, он должен будет жениться на ней к концу следующей недели и притворяться всю жизнь, что легенда оказалась правдой и он любит свою жену. Взять в жены совершенно незнакомую женщину, к тому же американку, только потому, что у нее на пальце королевское обручальное кольцо… Нет, этого не будет! — окончательно и бесповоротно решил он и сильно дернул за кольцо. Кристина вскрикнула от боли, и Ричард поспешно отпустил ее руку: ему не следовало быть таким грубым.

— Я… я просто хотел проверить, помогло ли это средство.

Кристина прекрасно понимала, что с ним происходит, но и ее терпение небеспредельно.

— Послушайте: я, как и вы, очень хочу избавиться от кольца, и поэтому… намажьте мне палец сами. — Она протянула ему бутылочку.

А она дерзкая! В другое время и при других обстоятельствах это выглядело бы даже мило, но сейчас… мрачно размышлял принц, втирая масло. Как это ни абсурдно звучит, но она имеет прямое отношение к легенде… Когда кольцо будет наконец снято, он больше не захочет ее видеть! Его сильная рука уверенно касалась ее хрупкой ладони. Помимо воли Кристина испытывала какое-то необъяснимое чувство, щеки ее раскраснелись.

— Ваше высочество, давайте все-таки я сама…

— Нет. Я это сделаю.

На мгновенье в ее глазах вспыхнул открытый протест, но она не убрала руку, и без слов было ясно, кто должен уступить. Наконец Ричард втер масло и только тут заметил, что пальцы у Кристины такие же тонкие, гибкие и ухоженные, как у его матери. Отец обожал, когда она делала французский маникюр, вспомнил он.

— Что это было за средство? — вернула его к реальности Кристина.

Опять она забыла обратиться к нему согласно этикету! — хмыкнул Ричард.