Эмили могла бы сказать брату, что она встречается с Джеймсом, но она чувствовала, что еще не готова сделать такое признание, так же как спать с мужчиной на виду у брата.

— Только девчонки мажутся, — упирался Кори, не уступая даже своему новому другу, мужчине, который вызывал у него неподдельное восхищение. Даже запах девчоночий!

Джеймс взял у Эмили баночку и понюхал. Она следила за ним, чувствуя, как у нее теплеет на сердце. С тех пор как они занимались любовью, Джеймс ни разу не упомянул о ее заболевании, но оно незримо витало между ними, а сейчас выплыло на поверхность.

— По-моему, запах нормальный, — сказал Джеймс.

— Вот ты и мажься им! — огрызнулся Кори.

— Хорошо, так я и сделаю, — Джеймс начал наносить крем на лицо и руки. Он даже закатал рукава хлопчатобумажной куртки. На нем были кожаные брюки и ковбойская шляпа, скрывавшая глаза.

Удивительные глаза, подумала Эмили, они всегда полны затаенной грусти. Иногда ей ужасно хотелось знать, о чем он думает и что чувствует, когда смотрит на нее такими печальными глазами.

Кори расправил узкие плечи, пытаясь сохранить мальчишеское достоинство.

— Давай эту гадость, но только… — он бросил на Эмили предостерегающий взгляд, — я сам намажусь.

Шестилетний мальчик размазал крем по лицу и рукам, вытерев излишек о штаны. Нужно, чтобы рядом с ним был мужчина, подумала Эмили. Брат нуждается во влиянии, которое может оказать на него хороший взрослый друг.

— Надень ботинки, — сказала она. — Нельзя же ехать в «Тэнди-Стейблс» босиком.

Кори вскочил.

— Ну вот! Теперь у меня липкие руки!

— Так помой их.

Он сердито вздохнул.

— Но это такая морока!

— Я знаю, — мягко сказала Эмили и с любовью обняла малыша. — Но с этим ничего не поделаешь, Эмили наклонилась и, взяв брата за подбородок, заглянула ему в глаза. — Мне нужно быть осторожной, и тебе тоже.

— И Джеймсу?

— Конечно, и Джеймсу тоже, — подтвердила она, несмотря на то, что солнце для его смуглой кожи было не таким опасным.

В конце концов Кори решил, что у него не такие уж липкие руки, но надеть ботинки ему все же было нужно. Он убежал, оставив их вдвоем.

Джеймс молча закрыл тюбик с кремом.

— Кори растерян, он не понимает, что происходит.

— Я знаю, — Эмили грустно обвела взглядом кухню. Этот коттедж она купила, когда ей пришлось продать родной дом, в котором прошло ее детство.

Он напоминал ей о навсегда ушедших родителях, и воспоминания были слишком мучительными. — Конечно, не понимает. Вернее, не все понимает.

Джеймс подошел к ней.

— Похоже, ты тоже растеряна.

— Нет, со мной все в порядке. Просто, наверное, я немного волнуюсь.

— До операции осталось всего пять дней.

Эмили накрутила на палец прядь волос. Этот разговор смущал ее. Тем не менее она должна задать ему вопрос:

— Ты будешь там?

Джеймс попытался заглянуть ей в глаза.

— Ты хочешь этого?

Да, подумала она, проклиная охватившее ее чувство беззащитности. Ей хочется, чтобы он отвез ее в больницу и оставался рядом с ней, только так она будет чувствовать себя в безопасности. Но вслух она произнесла:

— Какое это имеет значение? Ты мне вряд ли будешь нужен.

— Эмили, мы нужны друг другу.