Джеймс не спросил, как они погибли. Он знал, что она сама расскажет ему.

— В домике произошла утечка угарного газа, которую они не заметили. — Эмили сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. — Они легли спать и не проснулись.

— Сочувствую тебе.

— Иногда мне очень тяжело. У меня не осталось никого из родственников. Бабушка и дедушка со стороны отца к тому времени уже умерли, а мама выросла в приемной семье.

Джеймсу безумно хотелось утешить Эмили, но он не знал, как это сделать, как показать, что у него достаточно сил, чтобы избавить ее от боли. Она закрыла глаза, и он коснулся ее волос. Горе, слезы, молитвы одиночества хорошо известны ему.

Когда Джеймс прижался губами к виску Эмили, ее ресницы затрепетали. Она открыла глаза, и они встретились взглядом.

— Люди в городе хорошо отнеслись к нам с Кори.

Когда произошло несчастье, они помогали нам, делали все, что могли. Без их поддержки я бы не выжила, — сказала Эмили, не сводя с него глаз. — Ты похож на них, Джеймс. Твое место здесь.

Нет. Его место вовсе не здесь. Ему хочется влиться в жизнь этого городка, стать частью Силвер-Вулф, но ложь, которую он выдает за правду, грызет его изнутри. Программе защиты свидетелей следовало поселить его в большом городе с многотысячным населением. Жизнь в маленьком городке слишком сложна для преступника.

Как и его чувства к Эмили.

Он прикрыл ее одеялом. У нее был такой измученный вид, что у Джеймса защемило сердце.

— Тебе нужно отдохнуть.

Она не стала спорить.

— Может быть. Немножко. Я только подремлю. Он собрался встать с кровати, но она удержала его: Не уходи. Побудь со мной, пока я не усну.

— Ты правда этого желаешь? Мне бы не хотелось беспокоить тебя.

— Правда, — она приникла к нему, и он обнял ее, чувствуя, что ему нужно быть рядом с ней.

Эмили проснулась утром и поняла, что проспала всю ночь. Ничего себе вздремнула!

Сев в постели, она огляделась, размышляя, где может быть Джеймс. Ей было известно, что он взял отпуск на несколько дней, поэтому он должен быть где-то поблизости.

Эмили прошла в ванную, посмотрелась в зеркало, потом умылась и почистила зубы, решив, что с расчесыванием волос можно повременить. Ей хотелось увидеть Джеймса.

Она обнаружила его в кухне. Повернувшись к ней спиной, он собирался варить кофе.

Эмили молча наблюдала за ним. Когда он рассыпал кофе, она улыбнулась.

Внезапно почувствовав ее присутствие, Джеймс резко повернулся, и у нее екнуло сердце.

— Эмили? Почему ты не в постели?

Интересно, известно ли ему, как он великолепно выглядит утром? Сильный, высокий, волосы взлохмачены после сна.

— Я проспала почти четырнадцать часов. Мне кажется, что у меня есть право встать наконец с кровати.

— Ты поменяла повязку?

— Нет еще.

— Хочешь, я сделаю это?

Эмили сделала шаг назад.

— Нет, — она не хочет, чтобы он увидел безобразную рану у нее на ноге. — Я сама.

Джеймс провел ладонями по своим джинсам.

— Болит?

Эмили отрицательно покачала головой.

— Скорее туго, чем больно.

Он приблизился к ней.

— Садись, я налью тебе чашечку чаю.

Эмили смущенно отвела глаза.

— Мне показалось, что ты собираешься варить кофе.

— Да, но для тебя я купил зеленого чая. Он очень полезный.

Она обреченно вздохнула. Понятно, что Джеймса беспокоят результаты биопсии.