— Рунный маг ошибся в нанесении рун на амулет и с треском провалил домашнее задание, — ответил принц, — результат его халатности лежит вон там.

Нираати перевел взгляд на первокурсницу и нахмурился еще больше. Студенты вновь зашептались, кто-то указывал на амулет, надетый на девушку и высказывал свои версии того, почему «король» нанес физический ущерб эльфу. Взор Влада зацепился за разбитую губу Эсканиэля. Не трудно было догадаться, чья это работа, поэтому его высочество получил убийственный взгляд ректора, не обещавший ничего хорошего.

— Вы двое — за мной, — указав кивком на Мира и Эска, Влад развернулся и направился к выходу.

Я отпустила руку Мира, отступив назад. Как только ректор и однокурсники скрылись за дверью, в проеме показались целители, которых привела преподавательница. С девушки сняли амулет, и Триф помог отнести пострадавшую в больничное крыло.

— Зачем он это сделал? — задала я закономерный вопрос Ильдару, но эльф по-прежнему выглядел растерянным.

— Я ничего не знаю о его планах, — глухо ответил он, после чего покинул аудиторию.

Студенты продолжали шептаться, а я мысленно поблагодарила трех недалеких девушек за оказанную помощь. Если бы не их глупый поступок, то роль жертвы любовного амулета выпала бы мне. Преподавательнице ничего не осталось, как распустить студентов, так как лекция не клеилась. Весь ученический поток дружной оравой высыпал на улицу, чтобы пройтись по парковым аллеям. Земля была усыпана желто-красными листьями, которые перекатывались по мощеным дорожкам под воздействием небольшого ветра. Небо было заволочено темными тучами, вот-вот собираясь расплакаться. Обычная погода для Нейраполя.

— Неужели Эск настолько влюбился в тебя, что решил прибегнуть к запрещенной магии? — прошептала Вайорика, поправляя на голове фиолетовую беретку.

Подруга была как всегда безупречна и женственна. Я понимала Костина, который без оглядки влюбился в хрупкую девушку, стоящую на крыльце своего поместье и аккуратно придерживающую белую шляпку. В таких спокойных, искренних и скромных девушек влюбляются куда реже, чем во вздорных, веселых и ярких, но если влюбились, то на всю жизнь. У них особенный шарм, крепкие сети которого не разрезать ни одним секатором.

— Неужели я такая роковая? — ужаснулась я, вздрогнув.

— А амулет ведь должен был достаться тебе, — раздался голос позади меня, и я нехотя обернулась. В глазах Иулиэны не было ни усмешки, ни презрения, лишь констатация факта. — Думаешь, он был влюблён?

— Вот уж в это точно не поверю, — покачала головой я.

— И правильно. Эск принадлежит к штамбу и является шестым наследником на престол, но всех вампиров он ненавидит на подсознательном уровне. Его мать покинула семью, так как оказалось, что он является нареченной одного из «ваших», — неожиданно поделилась с нами Иу, причем последнее предложение она говорила с нескрываемой злостью. Значит, вот как воспринимают другие расы нашу биологическую особенность? — Не знаю, что у вас произошло, но твоего жениха он ненавидит еще больше. Сначала за то, что не отдал «корону», а потом за то, что начал унижать.

— Мир никогда не унижал Эска! Ему вообще не было до него дела, пока…

— …пока Драгомир не узнал, что эльф в тебя влюблён?

— Но и тогда он его не унижал, — возразила я.

— Докажи это Эсканиэлю. Он уверен, что все проблемы от Ринара.

Больше не став ничего объяснять, Иулиэна развернулась и направилась в сторону общежития. Действительно ли это все причины?

— Откуда ты это знаешь?! — крикнула я вслед уходящей эльфийке.