— Эй! — Сказала она, и закашлялась, — Эй, что ты делаешь? — Наконец, смогла произнести она.

— Проверяю, что переломов нет, — ответил Артем, — кажется, все в порядке.

— Ты понял, что случилось? — Спросила она, — мы попали в аварию?

— В нас стреляли, — преувеличенно бодро ответил Артем, — гранатомет, или какая-то управляемая ракета.

— Давай выбираться отсюда, — сказала Анна, и снова закашлялась.

— С этим есть некоторые сложности, — осторожно сказал Артем, — я не знаю, насколько мы глубоко.

Анна еще раз огляделась, пытаясь осознать смысл сказанного. Перевернутая машина, темные окна, засыпанные какой-то породой, душный воздух… она никогда не страдала фобиями, но в тот момент почувствовала подкатывающую панику. Сердце пустилось галопом, воздуха вдруг стало так мало, что, казалось — секунда-другая, и она задохнется.

— Спокойно, — она почувствовала, как Артем сжимает ее ладонь, — важно контролировать дыхание.

Анна смогла взять себя в руки. Сделала глубокий вдох-выдох, и посмотрела спутнику в глаза.

— Шансы есть? — Спросила она будничным деловым тоном.

— Шансы всегда есть, — преувеличенно бодро ответил Артем, — но действовать надо быстро, воздуха у нас и правда очень мало. Скоро начнет ощущаться отравление углекислотой.

— Ты что-то придумал? — Уточнила Анна.

Странно, паника вроде отступила, но вместо нее в груди, в самом сердце, начало расти странное чувство, неожиданно приятное — как будто, несмотря ни на что, вот-вот должно произойти нечто очень хорошее. Ее неудержимо тянуло обнять Артема, успокоить его, дать надежду, найти выход из положения, в котором они оказались. Абсолютно иррационально — ведь это он сам только что помог ей справиться с паникой!

— Надо открыть или выбить окно, — ответил Артем, — выбрать грунт. На нас съехал пласт вечной мерзлоты, а сейчас, после двух дней такой погоды, он очень рыхлый. Есть шанс пробиться наверх, если мы не очень глубоко.

— Связь проверял? — Спросила Анна, нащупывая смартфон; к сожалению, экран оказался безнадежно разбит.

— Ага, — кивнул Артем, — мой аппарат уцелел. Но тут поблизости нет вышек.

— Спутникового в машине не было?

— Не-а, — он покачал головой, — я оставлял заявку, но ее отклонили. Вышки есть на половине протяжения трассы, финансисты посчитали, что необходимости нет. Но нам не повезло.

— Ты хорошо держишься, — сказала Анна.

Артем неожиданно покраснел.

— Спасибо, вы тоже, — ответил он, смущенно отведя взгляд.

Это случилось внезапно. Анна этого мира пыталась переварить странную мысль, пришедшую ей в голову. «Я горжусь таким сыном», — подумала она. И в этот самый момент вернулась Королева. Сработала Магическая оговорка — она смогла опознать своего ребенка сердцем; и именно ее материнское сердце на минуту взяло под контроль рациональный разум, чтобы констатировать очевидное. Она нашла сына. Через десятки лет беспросветного отчаяния и черноты.

— Анна Александровна, — сказал Артем. Хотя теперь правильнее было бы называть его Артуром, — вы в порядке?

По ее щекам катились слезы.

— Арти, — пробормотала она, протянув вперед ладонь, и нежно погладив его по щеке.