— Нет, — развел руками тот, — не уверен. Но если этого знать не стоит — хочу хотя бы понимать, почему. Про настоящего дракона в моей машине забыть будет сложновато, знаете ли. Я итак полжизни был слишком нелюбопытен. И должен хотя бы понимать, что мне угрожает.

— Ладно, — кивнула Анна, — в конце концов, это будет честно. Павел Сергеевич, если все пойдет так, как было написано в письме — скоро вы не узнаете наш мир. Вы, наверно, уже поняли, что миров довольно много, и все — очень разные. Некоторые — волшебные. В них можно управлять реальностью с помощью магии. А те миры, где магии очень мало, или нет совсем — называются костными. Этот мир, по всем признакам, должен быть костным. Но, похоже, тут все не так просто.

— Алый Король — уроженец этого мира? — Догадался Питер.

— Верно, — кивнула Анна, — поэтому для его сына время тут идет так же, как и в моем родном мире. Он дитя обоих миров.

— Но это значит, что… — Начал Питер, но Анна его перебила.

— Алый Король был магом, и довольно сильным. А сильные маги не рождаются в костных мирах.

— Мы в магическом мире, — констатировал Питер, — который кто-то лишил магии.

Глава 9

Гости и яд

Приближение серьезных катаклизмов народ чувствует даже раньше, чем роковую неизбежность неприятностей осознают правители. Напряжение распространяется в народе, подобно лесному пожару. Вещи, на которые в другое время не обратили бы никакого внимания, становятся поводом для соседских пересудов. Но самый верный признак — полки в магазинах. Амулеты огня смели уже второго дня как. Даже самые плохие, производства Окраинных княжеств. Спустя короткое время исчезли и самые обыкновенные спички. Потом пришел черед продуктов и средств их сбережения. На коне оказались стихийные маги воды — те из них, кто мог заговаривать ледники. Кто-то всего за пару дней смог сколотить состояние, на которое быстренько перевез семью в теплые края, в Дальние Королевства, что за Эреборским княжеством. Неплохо подзаработали и гномы, со своими новомодными жестяными консервами. Они же подряжались в рытье подземных амбаров и бункеров — а тут вдруг заказов стало настолько много, что к работам привлекли все гномье население, включая малолетних детей и старух, что само по себе дело для подгорного народа неслыханное.

Конечно же, органы власти на местах продолжали работать, внимательно прислушиваясь к тому, куда подует ветер. Нужные докладные записки от самых порядочных давно полетели по инстанциям. Но, пока не было открытых бунтов, и предприятия работали — формального повода вмешиваться в ситуацию вроде как не было. Хотя начальники жандармерии, разумеется, благоразумно ввели полуказарменный режим заранее.

Многим было ясно, что полыхнет. Многие чуяли перемены, и сетовали на доверчивость Королевы, открывшей своим указом о престолонаследии ящик Пандоры. Неясно было одно — откуда именно придет беда. До недавнего времени.

Джосс бежал вдоль берега. Возможно, какой-то врождённый инстинкт не дал ему слишком углубиться в сушу — а ведь потайные тропки и тенистые рощицы выглядели так заманчиво. Он, конечно, не мог знать, что на всех трактах давно выставлены патрули, а любые мало-мальски проходимые места прочесывались верными лично Лаврентию жандармами. Много позже, размышляя об этом эпизоде, он предпочитал думать, что его спасла собственная интуиция. И только в глубине души навсегда поселился червячок сомнения, который осторожно напоминал, как вспотевшая ладонь сжимала фибулу, как ласково грел ладонь волшебный камушек. И ноги словно бы сами несли его в нужном направлении. Магию внушения так легко замаскировать под собственную волю, особенно в критических обстоятельствах.