Самыми шумными были его бывшие подчинённые, которыми Тёмный командовал больше года. Этих ублюдков не пустили в город. На их развлечения не могли спокойно смотреть даже в ордене. Именно его отряд собрал наибольшее количество жертв, сея смерть всюду, где появлялся. Они захватили в несколько раз боль владеющих, чем весь остальной орден. Две сотни отморозков, которым ничего не стоило раздавить голову ребёнка, на глазах у матери, которую после этого насиловали всем отрядом. Тёмный сам неоднократно принимал участие в подобных оргиях. И творил вещи, при мысли о которых кровь стынет в жилах.
При одном воспоминании об этом он потянулся к силе через Сумрака. Тьма окутала его тело. Он тянул и тянул силу, наполняя своё тело. Кровь стала закипать в его венах. Жар начал подниматься изнутри, охватывая каждую частичку его тела. Сейчас он вобрал в себя просто нереальное количество силы. Она пыталась разорвать его изнутри и вырваться наружу. Но Тёмный не останавливался, продолжая вбирать ещё больше. Боль стала для него наградой. Он хотел, жаждал этого жара. Жаждал, чтобы он выжег из него всю ту грязь и мерзость, которые ему пришлось творить, чтобы пробиться к верхушке ордена и собрать столь необходимую для империи информацию.
Силы, что сейчас бурлила в нём, хватило бы для уничтожения всех орденцев выше второго ранга в радиусе нескольких километров. Но он был ликвидатором и не обладал подобными техниками. К тому же ордену не потребуется много времени, чтобы восстановить потери, буквально пару недель. Да и убить этих ублюдков всех разом будет слишком гуманно. Сейчас они на собственной шкуре осознают, что значит испытывать страх перед безжалостной тварью в сотни раз сильнее тебя.
Шаг и он оказался во тьме, на самой границе освещённой территории. Отсюда прекрасно было видно, что за развлечение на сегодняшнюю ночь выбрали его бывшие подчинённые. Три десятка обнажённых тел, среди которых были не только женщины, но и мужчины, дети, старики. Сейчас ползали между устроившимися прямо на земле ублюдками и пытались ублажить своих мучителей. Несколько растерзанных тел, лежавших то тут, то там ясно давали понять, что случиться, если кто-то из этих тварей останется недоволен.
В десятке метров от Тёмного, ублюдок Рохо— один из его заместителей, начал разделывать визжащего пацаны лет пятнадцати. Он виртуозно научился управляться с металлом и постоянно носил с собой несколько слитков, которые и использовал в качестве оружия.
Сейчас один из слитков за пару секунд превратился в десяток острейших лезвий. Второй в четыре длинных штыря, которые пригвоздили пацана к земле, распнув его словно на кресте. Лезвия начали свой чудовищный танец, отрезая от пацана кусочки плоти. Пацан орал не переставая. От его криков Рохо дико возбудился и не прекращая отрезать от парня по кусочку, засунул свой член в его окровавленный рот. Выродок упивался собственной кровожадностью и превосходством над обычными людьми. И таких, как он в ордене было больше двух сотен.
После сегодняшней ночи их не останется совсем. Один взмах Сумрака и Рохо не понимая, что произошло, падает на отрубленную голову парня, во рту которого остался его отсечённый член.
Осознание приходит к Рохо слишком поздно. Следом за членом, от его тела отделяются руки, ноги, а за ними и голова. Никто из его товарищей даже не обратил на гибель Рохо внимания. Все они сейчас были заняты удовлетворением своих чудовищных потребностей.
Только когда Тёмный искромсал пару десятков этих монстров, они зашевелились. Кто-то даже попытался ответить Тёмному. Смельчака разорвало на куски тьмой, окутавшей его на долю секунды.
Тёмный начал кровавый карнавал. Убивая всех, кто попадался у него на пути. Те люди, что ублажали этих тварей тоже должны умереть. Это будет для них лучшим подарком с его стороны.
Началась настоящая паника. Те, кто всегда привыкли быть охотниками, сейчас стали жертвами. Они словно стая овец, пытавшаяся спастись от волка, кинулись врассыпную. |