— В сексуальном плане? Так же далеко, как и любой другой, если говорить о движениях. По крайней мере, у Шена получалось, и… девочки… Но ему все очень быстро надоело.

— Вы все уходите от прямого ответа, и я никак не могу поймать вас. Каково в этом участие Брада?

— Он был лучшим другом Шена. Пожалуй, единственным, хотя, на самом деле, Шену никто не был нужен. Полагаю, что они подружились потому, что были самыми способными, но все же Шен оставался сам по себе.

Опять повисла тишина, и он знал, что она размышляет о коэффициенте 215 Брада.

— Они были соседями.

— Да, — он понял, к чему она клонит. — Видите ли, нас не сдерживали моральные нормы внешнего мира. Никаких ограничений.

Говоря об этом, он смущался не меньше, чем она, но нужно было как-то защищаться.

— Мы играли во все игры — гомо, гетеро и групповые…

— Групповые!

Иво пожал плечами:

— Объективно рассуждая, что в этом плохого?

— Наверное, у меня все же больше предрассудков, чем я предполагала.

Иво отметил, что общие предрассудки кажутся куда более обоснованными.

— Но это не было главным. Все наши силы были направлены на учебу, и на то, чтобы дурачить взрослых.

— А воспитатели не знали об уровне интеллекта среднего ребенка?

— Не знаю. Думаю, что взрослые оценивали этот уровень в 125, хотя на самом деле он был на 25–30 пунктов выше.

Афра опять задумалась, наверное, представила себя в группе, где она бы не смогла стать даже средним учеником. Но оказалось, что она думала совсем о другом:

— Ваши «эксперты» не все продумали. Неужели они не представляли, что происходит с ребенком, лишенным семьи?

— Не было возможности…

— Нет, была. Если бы они действительно этого хотели. Могли бы отдать детей в приемные семьи, или проявлять больше заботы о вас, наряду с формальным обучением и проверкой знаний. В этом отношении это все очень походит на Пэкхемский Эксперимент.

Иво едва удалось скрыть свое удивление после этого замечания. Она явно была более образованна, чем он предполагал, несмотря на то, что знал казалось бы все о ее способностях.

— Они не пытались создать семейный уют. Им нужны были мозги.

— Они совершили ошибку, создав неконтролируемые группы одногодок. Когда отсутствует родительский контроль, очень рано вступают в силу законы группы, — и это отнюдь не всегда правильные законы. Если средний американский ребенок и так уже сильно извращен недостатком родительского внимания, большой занятостью родителей, потоком насилия с экрана телевизора и газетных полос, озлобленностью обездоленных сверстников, которые являются для него внешним миром, то можете себе представить, какой результат будет у ребенка, у которого семьи не было вообще! Не развивается самосознание, не поощряются успехи в учебе, не стимулируется полезный труд. Для этого в доме нужен хороший отец, или хотя бы его неплохая замена. А если допустить, что люди со с степенями в педагогике могут растить детей — то неудивительно, что в результате получаются такие типы, как Шен.

Иво не задумывался раньше об этом, но ее аргументация показалась ему разумной.

Ведь фактически все они — он, Афра, Гротон и Беатрикс жили здесь одной семьей, и он первый раз в жизни учился жить в кругу семьи, и ему это нравилось. Споры, опасности, тяжелая работа, постоянные трения — все это было, но они были вместе, и это было лучше, чем жизнь, которую он до этого знал на Земле.

— Наверное, Шену так же быстро надоело дурачить взрослых? И что же он сделал?

Опять перешли на личности…

— Он ушел.