Так вот, что это такое! Летние каникулы!

— Где же ваши семьи?

— О, они далеко от моря. Слишком опасно им быть на берегу.

— Опасно?

Это уже мало походило на каникулы.

— Черные, — сказал он, словно отрезал.

— Что за черные?

Он несколько замешкался с ответом. Тема явно была не из приятных.

— Они выходят из моря. Я думал, ты обо всем знаешь. Мы не должны позволять им осквернять нашу землю. Но каждый год кто-то да выползает. Если они нас одолеют и начнут размножаться…

Он взглянул вперед.

— Вон, смотри. Хочу тебе это показать.

Она проследила за его взглядом и заметила в море выступающий камень — ровный утес, вздымающийся над водой, футов двадцать высотой. Форма утеса была необычна, так как его отвесная грань была обращена к берегу, а не к океану. Гарольд непременно сказал бы что-нибудь о воздействии приливных волн, но Беатрикс в этом ничего не понимала. Но скала все равно была очень красивой. Солнце пряталось за тучами, но тут, словно по команде режиссера, тучи раздвинулись и из-за них выглянул яркий луч. Он упал на скалу, и она ослепительно засверкала.

— Что это? — спросила она, заинтригованная.

— Солнечный камень, — ответил он и побежал.

Ничего не понимая, Трикс последовала за ним.

Тучи вновь закрыли солнце, и когда они подошли поближе, Беатрикс поняла почему скала так ослепительно вспыхнула. У нее была зеркальная поверхность! Сторона, обращенная к берегу, была гладким сколом, и то ли природа, то ли человек, отполировали ее до зеркального блеска. Скала отражала берег, деревья и казалась окном в другой мир.

Может, ей шагнуть туда? Перенесет ли ее это назад?..

Беатрикс увидела свое отражение и замерла. Она сбросила лет двадцать. Волна красивых белокурых волос — точно такими они были давно, еще до замужества. Тонкое лицо с острым подбородком — как у местных девушек, и убийственно стройное тело.

— А ты говорила, что некрасивая! — сказал Хьюм, угадав ее мысли. — Говорила, что тебе под сорок.

— Но так ведь оно и есть, — смущенно пробормотала она. — Я не могу ничего понять.

— А не надо и пытаться. Как известно, знание порождает скорбь.

Он двинулся в сторону берега, зеркальная скала была ему больше неинтересна.

Она задержалась, рассматривая другие грани камня — они были такие же гладкие — все это вместе выглядело, как чудо. Беатрикс еще раз осмотрела себя в скале-зеркале. Недавно еще казавшийся слишком вызывающим купальный костюм теперь уже представлялся чрезмерно пуританским. Она вновь была молода и… красива. Наверное, она почувствовала это раньше, но не поверила.

— Трикс!

Она вздрогнула, удивленная его нетерпеливостью и устыдилась — со стороны она, верно, походила на школьницу, которая вертится у зеркала. Беатрикс побежала к нему, сомнений больше не оставалось — она вновь обрела молодое и здоровое тело семнадцатилетней девушки.

Но Хьюм вовсе не торопил ее. Он что-то нашел.

От воды к деревьям тянулась цепочка следов. Но это не были человеческие следы — вмятины широкие и неглубокие, даже в тех местах, где на мокром песке отпечатки были четкими.

— Прошел не более часа назад, — коротко бросил Хьюм.

У Беатрикс по спине пробежали мурашки, мускулы на шее напряглись.

— Черный?

Он кивнул.

— Теперь его не поймать. В кустах его не выследить, разве только если всем вместе не обложить его.

— Что же нам делать?

От напряжения у ее начала кружиться голова, так же, как, по рассказам Иво, это случалось с ним.