— Три миллиона лет назад, — сказала Афра. — Я еще могу представить доктора-человека, ну инопланетянина, ну пусть робота, но луч псевдосвета!

— Теперь все уверены, что владеют способом обхода разрушителя? Необходимо каждый раз знакомиться с ним за несколько часов до процесса трансформации.

— Нет, — отрезала Афра. — Я боюсь его. Он захватит меня, как к Брада. Я не смогу с ним бороться, он пробирается к моему интеллекту. Только что, с вами, я, выражаясь фигурально, закрыла глаза и открыла их, только когда мы были рядом с клеткой. Но я этого не понимаю и не знаю пути.

С ней, по-видимому, придется так и поступать. Она способна воспринять разрушитель и была перед ним беззащитна.

— А я почувствовал опасность, — сказал Гротон, — но, правда, не совсем так. Это как если стоишь на краю водопада, в тысячу футов высотой, вдыхаешь водяную пыль, слышишь рев внизу и ощущаешь запах разбивающейся о камни воды, но не прикасаешься к потоку. Наверное, я ниже опасного порога. Теперь вы мне показали обходной путь, и, думаю, если понадобится, я смогу найти его сам. Но, честно говоря, мне не очень-то хочется проделывать это еще раз. — Гротон натянуто улыбнулся.

— Это было прекрасно, — сказала Беатрикс. — Как поэзия или музыка, — но сама бы я туда не пошла. Эта радуга…

— Одного раза достаточно, — заключила Афра. — Но вот еще вопрос — можно ли доверять методу? Где гарантии, что мы, растворившись, не останемся лужами протоплазмы навсегда? Я хотела бы увидеть полный цикл, прежде чем доверю свое тело процессу. Оно у меня, увы, одно.

— Это может быть более изощренная версия разрушителя, — прибавил Гротон. — Вторая линия обороны.

— Не думаю. Это намного старше разрушителя. Все программы старше, но эта настолько далеко… миллиона три лет. И я видел только позитивные данные, негативных не было. — Внезапно к Иво пришла мысль: — А что если цивилизация, создавая разрушитель, пыталась оставить свой след в истории? Будучи неспособной превзойти другие в позитивном познании?

— Собака на сене? — спросила Афра. — Может да, а может и нет. Зло конечно можно понять, но это было бы просто отвратительно.

Гротон посмотрел в телескоп:

— Видны блики отражения. Корабль ООН приближается. Нужно действовать или сдаваться. Как долго длится процесс плавления?

— Деструкция недолго, насколько я понял, — ответил Иво. — Но восстановление занимает несколько часов, и по неизвестным причинам она может начаться только через сутки после деструкции. В сумме около двух суток для полного цикла.

— Это тупик, — сказала Афра. — Если мы все проверим, и это сработает, будет слишком поздно для того, чтобы воспользоваться. А если не будем проверять — есть вероятность, что мы совершим особо извращенное самоубийство.

— Мы можем на ком-нибудь опробовать процесс, — предложил Гротон. — Если это смерть, то все скоро станет ясно — запах и все такое прочее…

— Хорошо! — сказала Афра.

— Но если все пройдет нормально…

— Хорошо. Контрольный тест. Кто?

— Я уже говорил — я хотел бы… — начал было Иво.

— Вам лучше пойти последним, — сказала она. — Вы ведете это шоу. Если оно провалится — примете всю ответственность за последствия.

— Афра, это не очень милосердно с вашей стороны, — возразила Беатрикс, очевидно, ей было очень неприятно выслушивать язвительные замечания, пусть даже в чужой адрес.