– Mira , нам сюда. – Ядриэль слегка ткнул Марицу локтем и указал на заднюю стену. Сквозь пелену плюща проглядывался старый вход на кладбище. Ядриэль невольно улыбнулся, обегая край ограды по направлению к воротам.

– Видишь? – Ядриэль отодвинул плющ в сторону. Над ними возвышались железные прутья. Две рукоятки соединялись у очень прочного на вид замка, оберегавшего брух и их секреты от посторонних. – Лазейка!

Марица тихонько присвистнула.

– Хорошо, что я не в юбке, – проворчала она себе под нос, упираясь в перекладину и подтягиваясь.

Едва Ядриэль затянул ремень своего рюкзака, приготовившись взобраться за ней, как почувствовал, что за спиной кто то есть. Осознание пришло не сразу, а скорее подкралось к нему мурашками по шее. Ядриэль обернулся, но позади были только старая церковь да могилы. Издалека доносились гул дорожной пробки и звук автосигнализации.

Встряхнув головой, Ядриэль обернулся к воротам. Ему нужно было сосредоточиться на текущей задаче. Он схватился за вычурную рукоять, чтобы подтянуться, но как только надавил на нее, рукоять повернулась.

Он отпрянул в сторону от распахнувшихся ворот. Марица вскрикнула. Ядриэль зажал рот ладонью, сдерживая смех. Марица чуть не грохнулась, когда ворота со стоном остановились, она уже вскарабкалась до середины и держалась изо всех сил.

– Они были открыты? – сердито прошипела она сквозь плющ, прижавшись лицом к решетке.

– Видимо, да. – Ядриэль перестал трястись от смеха и посерьезнел. Он осмотрел замок, двигая ручкой вверх вниз. – Стоп, но почему они открыты?

Брухи были готовы пойти на что угодно, лишь бы не допустить проникновения посторонних на кладбище.

Марица не слишком изящно приземлилась рядом с Ядриэлем.

– Наверное, какой то идиот забыл их запереть, – проворчала она, скривив нижнюю губу.

– Но зачем кому то вообще понадобились эти ворота? – спросил Ядриэль. Входить и выходить полагалось только через главные ворота у дома его семьи.

Марица повернулась к нему, скрестив руки на груди и приподняв мастерски нарисованную бровь.

– Э э э, ну, например, для того, чтобы выскользнуть наружу посреди ночи?

Ядриэль бросил на нее испепеляющий взгляд.

– Но…

По спине пробежал холодок, выкачавший из легких воздух.

Они с Марицей одновременно посмотрели на заброшенную церковь. Ядриэль скользил взглядом по окнам, ожидая увидеть там кого нибудь, но в черных вырезах в каменной стене было пусто.

– Ты тоже почувствовал? – спросила Марица полушепотом.

Ядриэль кивнул, не в силах оторвать взгляд от церкви, боясь моргнуть и упустить что то. Волосы на затылке встали дыбом, а по рукам пробежали мурашки.

Марица придвинулась ближе.

– Дух?

– Не знаю, – пробормотал он. – Что то не так…

Чувствовать духов было нормально – в конце концов, кладбище кишело ими. Они становились фоновым шумом – чем то вроде гула дорожного движения. Проведя какое то время с этим звуком, перестаешь замечать его.

Но это другое. Странное покалывание – вроде того, что чувствуешь в присутствии духа, но и отдающееся в голове болью другого человека.

– Мигель? – сощурившись спросил Ядриэль, пытаясь расшифровать сигнал. – Пойду проверю, – сказал он Марице, направляясь к церкви. Даже если это не Мигель, то кто бы это ни был – живой или дух, – он в беде. – На то я и брухо, чтобы помогать заблудшим душам перейти в мир иной, так ведь? – сказал он через плечо, перебираясь через невысокую ограду.

Марица выглядела куда менее уверенной, но все равно последовала за ним.