— Некоторые дамы из церкви упомянули, что Бо держал тебя за руку на поминках. Он испустил нервный смешок, — Это беспокоило их и, они подумали, что я должен знать.

Вместо того, чтобы паниковать я разозлилась. Глупая суета. Произошло именно то, о чем я уже знала. Каждый хотела угодить Соейру и полить грязью Бо. Как будто бы Бо нуждался в том, чтобы они ненавидели его еще сильнее, чем раньше. Я хотела выть от разочарования. Вместо этого я успокоила дыхание и про себя отсчитывала в обратном порядке от десяти до одного. С каждым счетом я успокаивалась. Когда я почувствовала уверенность, что смогу заговорить, без ярости, я сказала первое, что пришло мне на ум.

— Когда мы были детьми, Бо был также близок мне, как и ты. Он сидел на крыльце Бабулиного дома много раз, так же как и ты. Он ел Бабулины печенья и играл с Уно, так же как и ты. Она была частью и его детства. Одно из немногих светлых пятен. Он знал, что ты уехал и знал, что я была опустошена. Так, он пришел в церковь и спросил меня, умерла бы я, чтобы увидеть ее. Я призналась, что я не сумела бы, да и не была уверена, смогла бы. А потом, он порекомендовал мне попрощаться с ней и сказал, что пойдет со мной. Я полагаю, что он увидел страх в моих глазах, но потянулся и взял меня за руку. Потом мы пошли вместе ко входу в церковь. Он отпустил мою руку и отступил назад, пока я в последний раз была рядом с Бабулей. Затем он взял меня за руку и вывел из церкви, потому, что, как и ты, он знает, что случится, когда я осознаю потерю. И он понимает, что маленькая девочка внутри меня хорошо знает, что я не хотела бы сломаться на глазах у всех и чтобы все нянчились со мной.

Мы сидели в тишине, несколько минут. Я слышала злость в моем голосе. Без сомнения, он тоже слышал.

— Напомни мне, чтобы я поблагодарил его за то, что присматривал за моей девочкой. Я многим ему обязан. Пора бы вам двоим понять, что вы были лучшими друзьями на протяжении большей части своей жизни. Я всегда чувствовал себя немного виноватым в том, что ваша дружба закончилась.

Ну вот, он снова за свое, снова разговоры о том, что он чувствовал себя виноватым. Я просто хотела вернуться домой и закопаться в одеяло. Столько всего навалились, чтобы справиться с этой проблемой сию секунду. Чувство вины, гнев, разочарование, боль, все это, сводило меня с ума.

Глава 12

Мы пошли к костру. Я решила, что не стоит рассказывать Соейру о глупой пьяной выходке Райна на прошлой неделе. Все закончилось, и он вел себя не так уж плохо. Конечно, Райан грубо лапал меня, но я закончила вечер, играя в бильярд с Бо. Воспоминание, как он улыбался мне через бильярдный стол, когда я готовилась к удару, заставило о мое сердце сжаться. Я скучала по нему.

Когда мы шли на поляну, несколько человек останавливали Сойера и приветствовали его дома. Каждый хотел поговорить о футболе. Я улыбалась и терпеливо ждала, сканируя толпу на наличие Бо. Я не видела его, с того момента, когда ушла из его трейлера, не попрощавшись. Каждую ночь, с тех пор, я лежа в постели, проверяла свой телефон, желая, чтобы он позвонил мне или, по крайней мере, написал. Но он молчал. Мысль о том, что все вернется на круги своя, как было до этого, приводила меня в ужас. Я не могла быть с ним так, как мне хотелось, но я не хочу все потерять. Мой гнев, связанный с тем, как он меня отпустил, померк. Сейчас мне просто хотелось его увидеть. Поговорить с ним. Увидеть его улыбку.

— Давай же, я вижу там Бо и Николь, — сказал Сойер, когда он сунул свою руку мне за спину и подтолкнул меня к небольшой группе футболистов и их подружек. Группа сидела на крыше багажника на нескольких грузовиках и на трех старых тракторных шинах, которые были вкопаны в землю, несколько лет назад, для того, чтобы на них сбыло удобно располагаться. Небольшой костер потрескивал в середине группы, и придавал теплое свечение всем лицам.