Когда до звонка оставалось 5 минут, я засунула свой пакет из-под ланча в рюкзак и направилась к своему шкафчику. Я пыталась избегать подходов к шкафчику, за исключением одного раза утром и еще одного раза перед тем, как уйти домой. Я просто носила все свои учебники в сумке. Синяки на левом плече от ремешка сумки было ничем по сравнению с толчком в шкаф. Количество записок не уменьшалось, что меня не удивляло. Коридор был полон людей, которые меня ненавидели, но моя спина болела от веса книг, поэтому я должна была выгрузить несколько в шкафчик.

— Принцесса упала довольно низко, если ей приходится прятаться во время обеда, — довольный тон Николь встретил меня, как только я подошла к шкафчику. Я медленно подняла глаза, чтобы встретить ее свирепый взгляд. Я не знала, почему она так люто меня ненавидит. Она что, считала, что я не достаточно поплатилась за свой грех перед ней? Она стояла между мной и моим шкафчиком. Обходить её было бы глупо. Вместо этого, я ждала, пока она скажет то, что хотела.

— Каково это, быть сволочью, ммм?

Я должна была прикусить язык, чтобы не ответить ей, что я не знаю, потому что я — не она. В борьбе она ударила бы меня в лицо. Кроме того, я не хотела принести ей удовольствие оттого, что её слова задели меня.

— Не игнорируй меня, — усмехнулась она, сделав шаг в мою сторону. Я успокаивала себя. Сильная ненависть, мелькавшая в ее глазах, была предупреждением о том, что мне нужно быть осторожной.

— Мне просто нужно добраться до своего шкафчика, потом я уйду. Я не нарываюсь на неприятности.

Николь захихикала, как сумасшедшая ведьма.

— Ты уже нарвалась на проблему, сучка.

Она подошла ко мне и дернула прядь моих волос, вызывая слезы, которые накатились на глаза от неожиданной боли.

— Ты считаешь, что ты такая симпатичная и идеальная, что можешь брать то, что тебе захочется? Ну, у меня для тебя новости, детка — ты не можешь брать то, что принадлежит мне.

Николь сократила расстояние между нами и в одно мгновенное движение откинула меня назад на спину, толкнув меня в грудь. Я собиралась вступить в схватку в школьном коридоре, но я даже ничего не сделала. То, что надо. Мои родители были бы в ярости, если бы мне дали условный срок. Было бесполезно вставать. Я сидела с опущенной вниз головой и ждала, что будет дальше. Это не заняло много времени. Сумку с книгами сдернули с моих плеч, и учебники посыпались мне на голову. Я съежилась и испустила тихий стон, так как моя голова болела от того, что на нее сыпались тяжелые книги, которые я таскала по школе целый день.

— Все, достаточно. Отвали, — голос Сойера утихомирил смех и болтовню, наполняющую коридор, — Оставь ее в покое, Николь. Высказывай свои претензии Бо. Не Эштон. Я не хочу видеть, как ты еще раз к ней притрагиваешься. Это всех вас касается. Отвалите. Никто здесь не знает, что произошло, и это не ваше дело. Хватит вести себя, как стадо баранов, и оставьте ее в покое.

Все вокруг меня зашаркали ногами, а смех превратился в приглушенный шепот, толпа сделала так, как приказал Сойер. Главный принц заговорил. Это заняло у него неделю, но он наконец-то покончил с этим. Его рука появилась напротив моего лица, я посмотрела на нее, но проигнорировала и встала самостоятельно. Я не встретилась с ним взглядом и не поблагодарила его. Его вмешательство было слишком поздним, поэтому срок моей благодарности истек. Я стала собирать свои разбросанные книги.

— Ты собираешься хотя бы немного поблагодарить меня? — спросил Сойер, как только поднял мою сумку. Я пожала плечами и едва взглянула на него, перед тем, как запихать книги в сумку, которую он держал открытой.