Она мгновенно реагирует на прикосновения. Даже после столь быстрого секса она испытывала восторг! Да, Рита умеет видеть романтику там, где ее нет. Все дело в том, что партнер ей понравился с первого взгляда. С первого же дня работы она знала, что у них будет все. Рита мечтала о том дне, когда однажды его руки обнимут ее податливое тело. Она была готова к этому, а вот он созревал не одну неделю. Рита не станет капризничать. Зачем? Ответит сразу. Время быстротечно, мужские желания — тоже. Нужно пользоваться моментом.
Сначала в ее отношении к нему не было никакой корысти. Она не думала ни о повышении зарплаты, ни о какой-либо другой выгоде. Ей был нужен только секс, секс с мужчиной, который ей очень нравился. Позднее она подумает о том, какую пользу можно извлечь из этой связи. Но на первых порах ей было нужно одно: он сам. Если думаешь о деньгах, это обязательно отразится на твоем лице, проскользнет в оброненной фразе. Это отпугнет мужчину, особенно такого нервного, как ее шеф. Да, он почти всегда улыбается, но она внимательно присматривается к нему, когда он думает, что остался один. О, это совсем другой мужчина: усталый, измученный, издерганный. Это так не вяжется с образом для всех. Гаврошенко — бизнесмен без нервов, рассудительность и надежность. Риту не проведешь. Она видит его насквозь. Наивный. Пусть пребывает в неведении!
На этот раз шеф взял ее быстро, безо всякой прелюдии. Рита не успела даже понять, что она чувствует. Ее возбуждает одна мысль о том, что он сделал ее своей любовницей, но все-таки это должно происходить иначе. Не так жестко, не так поспешно. Рите все труднее убеждать себя в романтизме того, что происходит здесь, за запертой дверью. Ладно! Проехали! Кабинет так кабинет, выбирать не приходится. Она уговаривает себя, что и в этом быстром совокуплении есть что-то такое, чего никогда не бывает в нарядных спальнях. Хотя, если честно, это успокаивает Риту ненадолго. Можно ли назвать романом происходящее между ними? Кажется, они играют в «Скорую помощь». Ей отведена роль опытной медсестры, которая имеет в своем арсенале единственное средство лечения — тело. Больной нуждается в постоянном сексе. Диагноз — страх одиночества. Рита поставила его сразу, как только подслушала пару телефонных разговоров, а потом понаблюдала, как Гаврошенко приходит в себя. Часто именно после таких встрясок он зовет ее в кабинет.
Пока между ними чистый секс, средство утихомирить гормональную бурю. Ничего, она наберется терпения, у нее все получится. Будет и светлая спальня, и широкая кровать, и шелковое белье. На окнах — легкие шторы, белоснежные гардины из органзы, колышущиеся от легкого дуновения. Нужно спрятать все эти фантазии подальше, сосредоточившись на более важном, более актуальном, на том, что называется близостью. А какая же это близость, если нет ни единого поцелуя, ни одного слова любви? Это совокупление, в котором ничего личного, лишь зов плоти. Это похоть во всей своей красе. Шеф использует ее, чтобы спустить в нее излишек собственной спермы. Неблагодарная роль. Намекнуть бы ему, что у нее есть сердце.
Рита старается выглядеть как обычно, улыбается, облизывает чувственные губы. Она не покажет, что обижена. Она не раскроет своих планов, потому что в этом случае возможны варианты. Что, если Эльдар уволит ее? Ей нужна работа и этот странный мужчина. Мысленно она давно считает его своей собственностью.
— Вот возьми. — Гаврошенко протягивает ей купюру. Рита морщится. Это уже ни на что не похоже! В прошлый раз — долгий благодарный поцелуй, и это показалось ей таким романтичным. Что происходит? Эльдар замечает ее негодование, криво усмехается: — Бери, девочка. Пока это все, что я могу тебе предложить. Не отказывайся, не делай мне больно.
Хорошо, она возьмет сотню баксов. Ей нужны деньги. К тому же обнадеживающее «пока», а недавно она подслушала разговор шефа, из которого поняла, что он скоро займется сбором документов для отъезда из страны. |