– Это не так, – покачал головой Хакл. – Мы что-нибудь придумаем. Обязательно придумаем.

Они так и не разжали объятий, когда за Полли приехало такси.

– Может, вам лучше остаться? – предложил услужливый таксист.

– Пожалуйста! – Хакл смотрел на Полли едва ли не с отчаянием. – Скажи, что это не конец. Не может быть, чтобы все вдруг – раз и закончилось.

– Тебе не кажется, – ответила Полли, – что так будет только хуже? Если мы продолжим цепляться за иллюзию…

– Ничего хуже быть уже просто не может, – решительно заявил Хакл.

Так они стояли и смотрели друг на друга, пока водитель с многозначительным вздохом не посмотрел на часы.

– Я не хочу, чтобы ты уезжала, – сказал Хакл.

– И я тоже не хочу уезжать.

– Уезжать – не уезжать, – проворчал таксист. – Решайте уже поскорее. Счетчик тикает.

Хаклу потребовалось собрать в кулак всю свою волю, чтобы не броситься вслед за машиной. Он стоял и смотрел на такси в надежде, что дверца вот-вот распахнется и Полли выскочит на тротуар. Но этого не произошло.

Онемевшая от горя и слишком измученная, чтобы плакать, девушка сидела, откинувшись на потертую спинку сиденья, и молча глядела куда-то вдаль.

Глава 33

Что и говорить, работа в пекарне служила для Полли спасением. Да и других забот у нее было хоть отбавляй. Она уже решила, что ту крохотную сумму, которая осталась от продажи городской квартиры, она положит на счет, чтобы потом… Да нет, это просто смешно. Наверняка ее усилия ни к чему не приведут. Приятели Генри и Саманты уже упоминали о том, как было бы круто поселиться на маяке. И вот теперь, прохаживаясь время от времени мимо его высокой башни с облупленными стенами, девушка с горечью думала о том, что со дня на день маяк может купить какой-нибудь толстосум – просто для того, чтобы покрасоваться перед друзьями. А ведь она с удовольствием обосновалась бы там навсегда!

Интересно, что сказал бы по этому поводу Хакл? Однако Полли тут же отогнала эту мысль. Хакл звонил ей каждый день и писал письма. А нынче утром даже прислал стихотворение, и Полли подумала, уж не прекратить ли это общение: до того больно было ей читать его.

Полли неотрывно смотрела на рифмованные строчки минут двадцать, не меньше, после чего взялась месить тесто с такой силой, что плечи у нее аж заходили ходуном.

И вот теперь она сидела на стенке причала, наблюдая за тем, как солнце катится к горизонту, и махала рукой рыбакам, которые отправились на свою ежевечернюю работу. Дэйв, счастливый и загорелый, оживленно болтал с остальными. Джейден спустился к лодкам, чтобы отдать парням сэндвичи и перекинуться парой слов. Полли как-то поинтересовалась, не скучает ли он по прежнему занятию, на что ее помощник только посмеялся. Новое место работы подходило ему как нельзя лучше: Джейден был прирожденным пекарем.

Вернувшись домой, Полли открыла «Фейсбук», где Керенса каждый день выкладывала кучу снимков, сделанных во время их с Рубеном свадебной кругосветки. Потом она на скорую руку приготовила ужин и по новой перечитала стихотворение Хакла… раз восемь или девять, не меньше. Поужинав, девушка заставила себя спуститься в паб, где Саманта снова собирала народ, чтобы поговорить о том, как остановить постройку моста. Саманта принесла с собой малышку, Мюриэл тоже пришла со своей крохой, и Полли подумала о том, как много перемен произошло на Маунт-Полберне за этот год.

Саманта все говорила и говорила, но мысли Полли блуждали далеко отсюда.

– А ты что думаешь? – неожиданно обратилась она прямо к Полли.

– Э… да, хорошо, – быстро ответила та, понятия не имея о том, что тут происходит.