- Что ты хочешь, Джей? - спросила она, подходя ближе, скрестив руки на груди и искривив лицо в притворном гневе.

- Где ты порхала все это время, маленькая Нат?

Я вытащил сигареты из кармана, стуча по пачке свободной рукой. Вставив одну между губами и щурясь от солнца, я потянулся за зажигалкой.

- Хватит называть меня так. Если я так сильно достаю тебя, то почему ты зовешь меня так? - она перебросила свои каштановые волосы через плечо и взглянула на меня снизу-вверх.

Глубоко затянувшись, я ткнул зажигалку назад в карман и медленно выдохнул дым прямо девушке в лицо. От чего она закашляла и начала махать перед собой рукой. Пока она отвлеклась, я незаметно взглянул на ее длинные загорелые ноги.

- Это не так, дорогая, - я стряхнул пепел и поправил шляпу.

- Неважно. Ты дурак, - она закатила глаза и перенесла вес с ноги на ногу, словно собиралась уйти. Я знал, что она ожидает, что я ее остановлю или извинюсь, но мне нравилось раздражать ее. Ей так чертовски шел румянец на щеках и сморщенный в отвращении носик.

Мой желудок заурчал, и я положил на него руку, гадая, был ли в доме отец, и можно ли пойти поесть. Наблюдая за тем, как взгляд Нат остановился на моих пальцах, я сдвинул их немного ниже к поясу своих боксеров. На мгновение остановившись, я смотрел на нее. Через секунду, она осознала, что тупо уставилась на меня, и ее взгляд рванул вверх, встречаясь с моим. Ее глаза широко открылись от смущения. Глядя на выражение ее лица, я не смог удержаться от смеха.

- Почему ты не носишь одежду?

Ее голова склонилась в сторону, и она повела бедром. Мне нравилось, что когда она злилась, ее провинциальный акцент проявлялся сильнее. Нат жила рядом с нами всего несколько недель. После того, как ее отца уволили из какой-то фабрики в Арканзасе, вся ее семья переехала к ее тетке, от чего стало довольно трудно скрывать мои незаконные привычки.

- И лишить тебя возможности пускать слюни? - я подмигнул ей и выпустил еще одну струйку дыма.

- Ты собираешься на вечеринку Блэйкли в среду?

- Что за вечеринка?

Она пожала плечами.

- День рождения Аннабель Блейэкли. Должно быть круто. Я подумываю зайти. Тебе следует пойти со мной.

- Хочешь болтаться вместе с теми пафосными мудаками?

- Ее братец горячий, - сказала она с ухмылкой, и я закатил глаза. Нат считала всех и каждого горячими. - Тебе не следует курить.

- Почему это?

Я прочистил горло и повернулся к пшеничному полю, пытаясь представить, что Энни делает прямо сейчас, и размышляя, почему я последним узнаю о ее вечеринке. Прошло уже три дня с нашей последней встречи, и я начинал беспокоиться. Мы никогда не расставались больше, чем на день или два. Может быть, мы не так близки, как мне казалось.

- Это убьет тебя.

Ее голос прервал мои мысли, и я сжал свои челюсти, сдерживая грубую ответную реплику. Дедушка Нат умер от рака легких несколько месяцев назад. Даже я был не настолько жесток, чтобы теребить столь свежую рану. Потому я бросил сигарету на старую грунтовую дорогу, недавно покрытую свежим гравием.

- Ладно, это было бы весело... и слегка удручающе. Мне надо бежать.

Спустившись по ступеням, я намерено задел ее плечо своим.

- Куда ты направляешься? - крикнула она мне вслед, когда я уже входил на поле. Я не стал оборачиваться, просто поднял руку вверх и махнул.

- Охотиться на медведя, - улыбнулся я про себя, одновременно с тем закатив глаза и разочаровано покачав головой.

Я мог бы пригласить ее пойти со мной. Было бы хорошо побыть в чьей-то компании, но казалось неправильным брать кого-то туда. Это место было секретом, обещанием, которое я держал перед Энни.

От палящего летнего солнца пот покрыл мое тело во мгновение ока. И чем ближе я подходил к линии деревьев, тем сильнее билось мое сердце.