В ответ я поцеловала его, прижимая ладони к его груди. Скользнув ними по его коже, я прошлась вдоль ключицы и ухватилась за его мускулистые плечи, в то время как Колин сильнее прижался своими бедрами ко мне, а затем отодвинулся, словно он не доверял самому себе.

Я кивнула, и он повторил свои действия. Я знала, что если мы хотим реально сымитировать секс, то ему придется двигаться жестче, чем он это делал сейчас, но он был слишком обеспокоен моим комфортом.

Потому я качнула бедрами напротив его паха, и он резко втянул в себя воздух, а затем углубил наш поцелуй. Мои пальцы зарылись в его короткие темные волосы на затылке, и он застонал, раскачиваясь еще раз напротив меня. Через секунду послышался звук закрывающейся двери, и я поняла, что наш незваный гость наконец-то ушел, но мое тело уже жило своей жизнью, и бедра еще раз качнулись, ударяясь о пах Колина; тепло распространялось по мне, беря свое начало от места нашего соприкосновения. Колин разорвал поцелуй и отстранился, мои глаза приоткрылись и встретились с его прикрытыми, полными похоти и опьянения. Его пальцы сильно вжимались в плоть на моем плече, а челюсти были крепко сжаты.

Я опустил свою ложку в тарелку макарон с сыром, пока мой отец застегивал свою черную рабочую рубашку. Он взял свой пистолет со столешницы и сунул его в кобуру на бедре, а затем одел свою фуражку на голову и взглянул на меня вопросительно.

- Думаешь, я мог бы остаться дома? Я бы убрал все это дерьмо, - я был готов сказать что угодно, лишь бы не идти на занятия, но нам обоим было известно, что я бы не выполнил свои обещания.

- У тебя сегодня занятия в школе, Джейк.

- Всего один день, я не пропущу ничего важного. Эти гребаные дебилы знают меньше, чем я об истории. Это блядская пародия на историю, вот что это. Тебе следует позвонить нашему конгрессмену или по крайней мере написать письмо с жалобой. Кто эта новостная журналистка с клевыми сиськами? - я провел пальцами по своим каштановым волосам, пытаясь пригладить спутанные пряди. Я стригся уже довольно давно, но это не влияло на мой успех у девочек в школе.

Отец вздохнул и покачал головой.

- Если бы твоя мать была жива...

- Забудь, - перебил я его, отодвигая стул и вставая. - Я пойду в школу и стану еще одним долбаным трутнем.

Я схватил свою миску и поставил ее в раковину, при этом громко стукнув о другую немытую посуду - еще один признак отсутствия матери. Я вышел из кухни в коридор, когда до меня дошли звуки открывающейся и закрывающейся двери, ну вот наконец-то я и остался в одиночестве.

Моя мать умерла около года назад, но я все еще не мог поверить, что она реально ушла. Наши отношения с отцом были в лучшем случае напряженными. Раньше, глядя на него, я не мог дождаться, чтобы стать таким как он. Сейчас же я не мог дождаться, чтобы свалить от него куда подальше. Его особо не волновало, что я делал. Моя мать заслуживала лучшего.

Я обулся в свои кроссовки и выглянул из окна спальни. Так я и стоял, примороженный к месту, потерянный в мыслях, все еще собираясь прогулять свои утренние занятия; я наблюдал за тем, как огромный желтый школьный автобус проехал по грунтовой дороге, ведущей к нашему дому. Мой взгляд метнулся к движению в пшеничном поле в тот момент, как автобус тронулся дальше без меня внутри него. Я сузил глаза, глядя на то, что с первого взгляда показалось мне животным, и через мгновение осознал, что это был человек. Развернувшись, я поспешил из комнаты вниз по лестнице, чуть не споткнувшись на последних ступенях. Дверь-экран громко хлопнула за мной, когда я бросился через поле на встречу к Энни. Ее длинные светлые волосы кружились от порывов ветра вокруг ее тела.

- Эй, - позвал я, оказавшись ближе. Она шла между колосьев медового цвета пшеницы, и ее лицо поднялось вверх, пока наши взгляды не встретились, но в ответ Энни не проронила ни слова.