Я соскользнул с кровати и стянул свои джинсы разом с боксерами. Взобравшись поверх Энни, я раздвинул ее колени и сел между ними. Мой напряженный до боли член прижался к ее влажным трусикам.

- Помнишь ту ночь? - спросил я, низким и хриплым от возбуждения голосом. Я качнулся бедрами напротив ее центра, и Энни застонала, ее глаза закрылись, а язык пробежался по губам.

- Очень хорошо, - прошептала она, и я наклонился к ней, касаясь губами ее ушка.

- Я волновался о тебе, - признался я, снова толкаясь к ней бедрами, прижимая свою длину к ее клитору. - Но знаешь, я почувствовал, насколько влажными были твои трусики. Такими же, как и сейчас.

Она резко вдохнула, и я не мог сдержать ответной улыбки, когда ее веки затрепетали точно так же, как и в ту ночь.

- И я знал, что ты наслаждалась происходящим так же сильно, как и я. Это был первый раз, когда кто-то хотел меня.

Ее бедра качнулись ко мне, но она так ничего и не ответила. Ей и не нужно было отвечать. Эта ночь была столь долгожданной, словно прошлое наконец-то настигло нас. Словно это было только вопросом времени. Я толкнулся бедрами, прижимая свой жаждущий член к ее влажности, и застонал.

- Я хочу тебя так сильно, - мой голос стих, пока мы толкались и терлись друг о друга в подобии бесконечного ритма. - Я ненавидел себя за то, что так сильно хотел сорвать твои трусики.

Ее лицо повернулось так, что наши щеки прижались друг к другу.

- Я никогда не ненавидела тебя.

Я привстал, опираясь на локоть, и погладил шелковистую кожу ее живота, пробегая кончиками пальцев вдоль края ее нижнего белья. Она втянула в рот свою губку и прикусила, когда мои пальцы нырнули под ткань, двигаясь по ее мягкой плоти и нежно лаская.

- Я знаю, что ты не ненавидишь меня, малышка, - я выводил маленькие круги вокруг ее клитора, прежде чем двинуться дальше и проскользнуть пальцем между влажными складочками, останавливаясь у ее входа. - Ты любишь меня, - прохрипел я, проникая в нее; в ответ Энни наградила меня стоном. Она толкнулась навстречу моей руке, и я наблюдал, затаив дыхание, за тем, как это красивое создание извивалось от удовольствия от моих ласк. Я добавил еще один палец, ощущая какой узенькой она была. Я сомневался, смогу ли я ее взять, не причинив при этом боли, но эти сомнения не останавливали меня. Она была мне нужна больше дыхания.

Я проскользнул пальцами еще глубже и слегка согнул их, одновременно с тем потирая большим пальцем ее клитор.

- А ты? - выдохнула она, и я невольно усмехнулся.

- Что я?

Ее глаза с трепетом открылись, казалось, что этот взгляд достиг самого центра моей темной души.

- Я имею в виду... ты любишь меня?

Я привык действовать бессовестно, и недостаток эмоций удерживал меня от принятия сомнительных решений, над которыми более слабому человеку пришлось бы задуматься, но происходящее сегодня было для меня ново. На этот раз я был поглощен чем-то иным, не пустотой и не злостью, это страшило меня сильнее ада. Когда осознание этого постигло меня, ко всем чувствам добавился еще и страх. Страх за нее, потому что я никогда не смог бы полюбить кого-то еще.

- Разве ты не знаешь ответ? - я уперся лбом в ее лоб. Ее тело начало извиваться, но мне не хотелось, чтобы Энни кончала, пока я не окажусь внутри нее. Моя рука замерла, и я глубоко вдохнул, утопая в медовом запахе ее плоти.

Все в моей жизни начиналось и заканчивалось с Аннабель. Мой мир был построен вокруг нее, и сейчас эта одержимость наконец-то воплощалась в реальность. Подавляющую и всепоглощающую реальность.

Я чувствовал эйфорию, похоть захлестнула меня. Мои пальцы зацепились за края ее трусиков и с силой дернули ткань. Врезаясь в ее плоть, ткань порвалась не оставляя между нами больше ни единой преграды.